Возможно, юноша и стерпел бы все это. Сейчас ему меньше всего хотелось выяснять отношения со степняком, которого видел впервые в жизни. Если бы он не был так зол. Что именно разозлило его, Джай и сам не знал. Должно быть, последствия эксперимента со стихией огня давали о себе знать. Но и Баргу не стоило так откровенно грубить. Ему следовало спешиться не менее чем в пятидесяти шагах от стоянки и дождаться приглашения. Но вместо этого он подъехал к юноше почти вплотную. Рэм слегка поклонился Лару, потом коротко кивнул Джаю, и сделал вид, что не замечает Лиама и всех остальных. Причем, именно в таком порядке. Но последней каплей стал презрительный взгляд, которым один из сопровождавших Барга воинов одарил Лиама и остальных. Словно, ему было противно находиться в присутствии соплеменников, признавших рэмом чужака.
Поэтому Джай и не подумал отвечать на такое "приветствие". Его спина была надменно выпрямлена, и он смотрел Баргу прямо в глаза. Причем, властности в его взгляде хватило бы на десяток рэмов. Это было грубостью, опасно граничащей с оскорблением. Но Джай имел на это право. Сын герцога и племянник императора не должен склоняться перед дикарем. А рэму и внуку хагана не пристало терпеть оскорбления от кого бы то ни было. По положению он был выше Барга и по имперским законам, и по обычаям Хаганата, и степняк сам напомнил ему об этом.
Сам рэм даже не пошевелился, но сопровождавшие его воины схватились за мечи, готовые обнажить оружие в любой момент. Краем глаза Джай заметил, как Лиам сделал шаг вперед. Остальные степняки тоже напряженно ожидали дальнейшего развития событий. И даже Лар, оставаясь внешне спокойным, сместился в сторону, выбирая для себя более удобную позицию.
Молчание затянулось. А всеобщее напряжение казалось почти осязаемым. Барг и Джай застыли друг напротив друга. Но в сложившейся ситуации угадывалось что-то неправильное. Слишком уж нарочитым было поведения степняка. Он как будто специально провоцировал Джая, чтобы посмотреть на его реакцию. Да и высокомерие рэма выглядело немного наигранным. По крайней мере, для сына герцога, который за годы, проведенные при дворе, видел достаточно прирожденных актеров, чтобы распознать чужую игру. Короткая усмешка, скользнувшая по губам степняка, подтвердила его догадку. Джай ответил Баргу такой же усмешкой и кивнул.
Этот разговор без слов наблюдали все присутствующее. Но, пожалуй, только Лар сумел его понять. Так что даже Лиам не смог скрыть своего удивления, когда рэм сторожевого отряда неожиданно рассмеялся, а потом соскочил со своей лошади.
– Неплохо, мальчик,– сказал степняк по-имперски.
– Что именно?– уточнил Джай, решив не обращать внимания на такое обращение.
– Выглядишь неплохо. По сравнению с тем, что я видел шесть дней назад,– ответил Барг.
Он оглядел их стоянку. Оценивающе посмотрел на Лиама. Коротко взглянул на Лара, и снова повернулся к Джаю.
– Когда выезжаете?– спросил рэм, и на этот раз в его взгляде не было насмешки.
– Сейчас.
– Хорошо. Я дам вам проводника.
Это было не предложение, а констатация факта. Так что Джай только пожал плечами в ответ. Зато Лиам после этих слов напряженно уставился на рэма.
– Он догонит вас к концу дня,– продолжил Барг.
Он снова взобрался в седло и развернул коня в сторону лагеря. Правда, напоследок все-таки обернулся, для того, чтобы коротко бросить через плечо:
– Береги своего рэма, Лиам.
Было ли это пожеланием или угрозой – не ясно. Но в любом случае, им стоило как можно быстрее отправляться в путь. Поэтому, как только Барг и его воины отъехали достаточно далеко, Джай повернулся к Лиаму и сказал:
– Заканчивайте сборы, выезжаем.
– Да, рэм,– ответил степняк, и посмотрел на юношу с какой-то странной смесью уважения и удивления.
А Джай подумал о том, что, наверное, никогда в жизни он не сможет понять степняков.
На то, что бы собрать свои вещи ему понадобилось несколько минут. Хор привел его лошадь, которая была уже оседлана. Юноше осталось только сложить свой соху и привязать его к седлу. Об остальных походных мелочах уже успел позаботиться Лар.
Так что очень скоро отряд из девяти человек двинулся в путь. Лагерь сторожевого отряда остался позади. Как и маленький шатер – все, что осталось от их стоянки.
Отряд двигался на восток. Направление указывал Лиам. Джай и остальные следовали за ним, растянувшись неровной цепочкой. Вообще-то, вести отряд должен был бы рэм. Но по обоюдному молчаливому согласию юноша переложил эту обязанность на плечи Лиама. И не только эту…
По сути, степняк руководил всей жизнью отряда: он распределял обязанности, назначал часовых, выбирал места для стоянок. В общем, делал все то, чем и должен был заниматься командир. Так что сыну герцога оставалось только недоумевать, почему степняк с таким упорством продолжал называть его рэмом.
