— Я могу исцелить тебя Дейнерис, и дать дому Таргариенов уже третий шанс в этом мире. Но королевство поведёшь не ты, ты сможешь быть советником, но править будет Джон, он единственный кто имеет достаточно светлую душу и несгибаемую волю, вместе с силами сделать тяжёлый, но нужный для спасения народа выбор. После того как он получит мой дар, он лишится последних своих изъянов, необоснованной веры в добро в людях и смертности. Дарованные ему силы позволят не только оценивать природу человека, но и умереть лишь своей смертью, его тело не проиграет не ядам, не стали, ни пламени, даже дикий огонь не сможет прервать его жизнь. — Произнёс Раин, пока на его ладони медленно проявлялся сосуд с запечатанной и ослабленной силой Духа мщения, дарованной Заратосу и частично преобразованной им. — Так каков ваш ответ? Согласны ли вы заключить эту сделку, дарующую так желаемую обоими полноценную семью и бескровный захват трона семи королевств в придачу?
— Север больше не желает преклонять колено, а другие королевства не примут Джона в виде короля, я ожидала проблем и в случае его становления консортом, а ваш вариант слишком идеалистичен. — Произнесла после нескольких секунд молчания Дейнерис, считающая предложение слишком волшебным, чтобы быть правдой. Если с битвой против армии мертвых она ещё видела смысл, в возможной угрозе или не желание становления целого континента необитаемым, то вот в возвращение возможности иметь детей, да ещё и с троном, о котором грезил её брат, а после и она почти с самого детства… ей просто было сложно принять за истину, что то ради чего она потратила шесть лет своей жизни, полной тягот и рисков, кто-то мог дать лишь из-за собственной прихоти и того, что ему пришёлся по душе характер ей возлюбленного.
— Согласен, королевства не склоняться перед Джоном Сноу, но вот перед Эйгоном Таргариеном им будет не зазорно преклонить колено. — Ошеломил обоих Бранд, расплывшись в довольной улыбке, которой совсем немного недоставало до оскала.
— Что вы имеете в виду? — Быстрее будущего супругу пришла в себя Бурерождённая.
— То, что родня нашла друг друга, даже будучи на разных континентах и казалось бы являясь представителями наиболее недружественных родов. Ну и нельзя забывать, как тёплые отношения между тётей и племянником, как в каком-нибудь тайно распространяющимся за морем романе перешли черту. — Поиграл бровями Раин, заставив мысли пары впасть в смятение. — Тебе не казалось странным, что драконы так просто приняли Эйгона? Или они давали забраться на себя кому-то ещё? Насколько я знаю за всё время драконы по-настоящему близко попустили к себе лишь Тириона, да и то скорее всего ощущая от него просто море восхищение и других положительных эмоций с сотой долей страха. У тебя не было вопросов, когда жар заставивший всех вокруг покрыться литрами пота не затронул лишь вас двоих, или когда не подумав тот взял в голые руки только что поднятое из кипятка яйцо? Всё это не наводило тебя на мысли о схожести вас двоих?
— Получается я бастард Рейгар…
— Нет. — Жёстко перебил начавшуюся цепочку мыслей в голове очнувшегося от шока бывшего Джона Сноу, Пирс. — Ты никогда не был Бастардом, твой добрый друг Сэм сможет это подтвердить, ведь он добыл записи из цитадели, где Рейгар разорвал свой первый брак и заключил новый с Лианной. Не скажу, что эта умная мысль, скорее я бы сказал, что часть слабоумия безумного короля передалась и его первенцу, но в тоже время он сделал это тайно, что как минимум сохранила его союз с Дорном. — Размышлял вслух Раин. — Главное, что очистка родословной с помощью крови Старков, многие тысячелетия не вступавших в родственные связи, помогла миру увидеть достойного война, предводителя и я очень надуюсь, что так же и правителя. Как минимум один из главных тестов хорошего короля ты смог пройти и до моего прихода в этот мир. — С ухмылкой произнёс Бранд, заставив Сноу задуматься.
— О чём вы? — Всё же спросил Джон, так и не поняв, когда он прошёл проверку.
— Ты, с самого детства слышавший о гнилой природе бастардов и том что тебе ничего не положено в этом мире, смог забраться почти на самый верх здешней иерархии и стать Королём севера. Но полученная власть не развратила тебя, не впилась в твою душу крюками не дающими отдать её другому. Ты просто боялся передать корону недостойному, правителю, подобному тем, которых ты успел в достатке встретить за время своей первой жизни. Поэтому увидев искренность Дейнерис, готовой рисковать собой ради своих людей, ты без промедления до конца закрепил союз, нужный для спасения твоего народа, даже понимая, как это отразится на тебе, и что после этого бывшее положение в обществе никогда не вернётся к тебе обратно. — С уважением смотря на стоящего перед ним мужчину, произнёс Одинсон.
