Добравшись до сгустка энергии, рука Пирса находившаяся на пике из-за слишком долгого поддержания в материальном мире, хоть и в полудуховном варианте еле успела схватить свою цель, после чего была на максимальной скорость вырванная из груди юного варга. Сразу после растворения конечности в пространстве, душа попыталась взмыть вверх, а астральная проекция Риверса распалась сама собой. Не дав духу далеко уйти, Раин оплёл пламенем всю комнату, чем вызвал у души инстинктивный ужас перед угрозой развоплощения и невозможностью отправится в иной мир.
Напитав пространство вокруг светлого сгустка магией, посреди комнаты возник прозрачный и схожий с астральным образ Риверса, только теперь из-за временной напитки энергией он скорее стал подобием призрака. Сковав энергетическое тело Трёхглазого ворона ещё не потерявшими подпитку магическими оковами, Пирс впечатал тело Таргариена в стену, начав медленно приближаться к братоубийце.
— Знаешь, само пребывание в этом месте заставляет мои инстинкты духа мщения пылать и биться в истерике. — Произнёс Пирс, приближаясь к Риверсу и находясь спиной к Старкам, из-за чего они не видели как кожа начала медленно сходить с лица Раина, но Джон всё же сумел ощутить какой-то отклик от своего дара в тот момент. — За этой каменной стеной столько грешников и убийц, что даже для меня не подверженного этому зову так сильно, как остальные, кажется что я попал в собственный аналог ада. — На лице Пирса почти не осталось мышц, и уже стали видны кости. — Другой на моём месте уже бы давно проредил армию Денерис, но я, как бы это сложно не было, держу себя в руках. Но ведь это не может длиться вечно, верно? — Спросил уже потусторонний голос, начавшего покрываться пламенем черепа. — И тут появляешься ты, грешник, который заслуживает ад, как никто другой. Можно сказать дар, старых богов. — В голосе демона, как называл в мыслях его в тот момент пытающийся активно посидеть дух Таргариена, слышалась насмешка. — Поэтому я хочу сказать тебе спасибо, за возможность сделать, как я люблю…совместить приятное с полезным. — После последних слов, пустые глазницы черепа казалось начали затягивать Риверса, и тот с криком начал распадаться на догорающие частицы, чувствуя боль и страдания от каждого своего греха и летя по направлению в ад, но к удивлению Трёхглазого ворона, как он узнает позже, совсем не его мира.
Отменив обращение и повернувшись к Старкам, он заметил бледный облик троицы и спокойно смотрящего Эйгона.
— Боги страшны в гневе. — Произнёс глядя в глаза напряжённых детей севера, Пирс. — Ладно, мне ещё нужно будет помочь с перемещением баллист, так что я пока что откланяюсь. — Сказал Раин, покидая помещение и направляясь по коридорам старого и уже начавшего по чуть-чуть нагреваться замка в сторону улицы.
Спустя несколько минут Одинсон заметил за собой слежку маленькой безликой, о чем сразу же сообщил Арьи, с недостижимой для неё скоростью развернувшись и преодолев десяток метров коридора, казалось за одно мгновение, пока она прикрыла глаза. После столь внезапного приближения, Бранду пришлось хватать лезвие кинжала у своей шеи, быстро направленной от шока Арьей в фигуру перед ней. Из-за переоценки прочности кинжала и защитных свойств ярнгрепра, клинок сломался в хватке полубога.
Отпуская кусок лезвия и не обращая внимание на громкий для пустых коридоров замка звук падения металла, Пирс с недоумением посмотрел на девочку. Ему была интересна причина слежки за собой. Всё же он уже успел доказать свои благие намерения в сторону её семьи и даже хотел вернуть возможность ходить брату. Поэтому вариант с опасением он отбрасывал с самого начала.
— И что же сподвигло тебя на слежку за моей персоной? — С интересом смотря на Арью, задал вопрос Пирс.
— Верни мой кинжал. — Произнесла спустя несколько секунд угрюмая девочка. В начале на мгновение, Пирс даже не понял о чём она говорит, но когда осознал, то по новому с удивлением взглянул на незавершенную безликую. Та так же заметила изменения во взгляде мага и скрыв недовольство новыми эмоциями и мыслями, замеченными в мистических жёлтых глазах мужчины, она продолжила ждать ответ.
Поняв, что даже пройдя через столько трудностей, внутри это всё ещё та же Арья, Пирс подавил в себе желание погладить маленькую убийцу по голове, за столь детскую попытку вернуть отобранное оружие.
