- Сволочь, ты мне ребра сломал, - альфа со всей силы ударил Хелмота тяжелым сапогом, заставив того согнуться пополам от боли. – Ты смог меня обхитрить, поздравляю. Хоть раз грубая сила победила логику.
- Да пошел ты, ублюдок. Я тебя голыми руками убью! – прошипел воин, с яростью глядя на Старосту.
- Все это слышали! – Гарлен обернулся, глядя на столпившихся мужчин.– Его послал Проклятый, чтобы убить меня! Лесной ублюдок боится нас! А значит пришло время расплаты за убийство наших братьев!
- Да чтоб ты сдох… - следующий удар Гарлена заставил Хелмота потерять сознание.
Конечно, Алистер негодовал, когда проснулся. Ругал Хелмота за излишнюю заботу, ведь он мог разбудить его сам и предупредить о своем уходе. Сай только улыбался, думая про себя, что не так-то легко разбудить человека, который выпил его особое снотворное. Травнику он сказал, что забыл дома свое обезболивающее, без которого ему очень больно, а Хелмот предложил быстро сходить за ним. Справедливость восторжествовала, потому что теперь не только он считал, что их один знакомый воин – абсолютный идиот, хоть и думали так по разным причинам.
Продолжая сетовать на безрассудного альфу, Алис стал по обыкновению отвлекать себя домашними делами. Он решил накормить лекаря, перебрать свои травяные сборы и выбрать один из успокаивающих. Сай наблюдал за ним и неожиданно понял, о чем говорил Хелмот. Одиночка по своему характеру, Сай никогда не задумывался о семье. Его раздражали другие люди, когда они нарушали его пространство или пытались его изменить. Ему нравилось жить одному, лечить людей и периодически устраивать посиделки. Помимо прочего, у него был тяжелый характер и лекаря просто никто долго не выдерживал. Только Хелмот всегда добродушно отзывался на его злые шутки и не ругал за вечное безразличие.
Но сейчас, когда он даже не находился в собственном доме, ему было очень спокойно. В камине горел огонь, лениво облизывая почерневшие поленья. Алис что-то бормотал под нос, занимаясь своими делами. Привыкший к одиночеству, травник продолжал советоваться с самим собой вслух, что не могло не забавлять. За чаем они нашли общую тему – медицину. Травник признался, что знает только народные названия растений, а некоторые вообще придумал сам. Сай еще вспомнил, что удивлялся причудливым названиям, но ему было лень переубеждать травника. Алис внимательно слушал и старался запомнить все, что говорил Сай.
Лекарь любил, когда его слушали и не заметил, как сам увлекся своей лекцией.
- В традиционном травничестве все очень странно, - под конец начал признаваться Алис, - Вот возьмем к примеру черноглазку. Почему ее так назвали? Это не ягода, цветки у нее ярко желтые, а используют ее для лечения ожогов. И как тут запомнить? Я ее огневиком называл, это же куда логичнее.
- Вообще ты волен называть их как хочешь, потому что ты не учился в академии и не обязан использовать названия, которые нам навязывали преподаватели. Если какой-то великий ученый решил назвать этот цветок черноглазкой, а другие приняли это за канон, то это не правильно.
- Не буду спорить с вами, вы видели больше меня.
Сай улыбнулся, в пол уха слушая рассказ Алиса про очередное растение. Рядом с омегой было тепло и спокойно. И как его можно было принять за проклятого? Сай с грустью подумал, что травник второй человек в этом мире, который никак его не раздражал. Даже появилась уверенность, что Хелмот со всем справится, ведь как можно проиграть, когда тебя ждет твой любимый человек.
- А еще я… - Алис запнулся, и Сай посмотрел на травника. Лицо омеги было мертвенно белым, а кружка с чаем ходила ходуном в дрожащих руках.
- Что случилось, тебе плохо? – лекарь моментально кинулся к Алису и отобрал у него кружку с кипятком. Травник перевел на него пустой взгляд и безжизненным голосом произнес:
- А ты не чувствуешь? – У Сая пробежали мурашки по коже от его слов. – Лес умер… Я больше не чувствую его.
В следующий момент по щекам омеги потекли слезы, и он спрятал лицо в ладони.
- Тсс, солнышко, успокойся, это всего на неделю, – Сай не мог понять травника, но чувствовал, как тому больно и страшно. Парня трясло, и он уже рыдал в голос, не в силах сдержать своего ужаса.
Внезапно он подумал, что если бы тут был Хелмот, то он смог бы успокоить омегу и от этих мыслей на душе стало совсем мерзко. Понимая свое бессилие, он только мог гладить Алиса по голове и ждать, когда закончится приступ. А после он даст омеге какое-нибудь успокоительное и будет всю ночь с ним сидеть и рассказывать разные небылицы. А через пару дней вернется Хелмот и все вновь встанет на круги своя.
Но его надежды рухнули, когда амулет на груди полыхнул красным огоньком.
========== Глава восьмая. ==========
