Говорят, что секрет успеха очень прост: нужно родиться сыном маминой подруги. Мне повезло. Всю жизнь я старался жить так, чтобы матриарх Рода могла мной гордиться. И неплохо в этом преуспел... Так почему же сейчас я сижу меж двумя дюжими хлопцами с автоматами, считая капли крови, что падают на сцепленные ладони? Всего через час мне под "веселой" химией зададут один-единственный вопрос. На него я честно отвечу "Да!". Тогда снимут с меня наручники, умоют разбитое при захвате лицо и отойдут в сторону конвоиры. Настанет время работы палачей. Лишь крепость тела и стойкость разума станут сигналом к остановке пыток. Едва откажет что-то одно, и приговор, что я вынес сам себе, спустив курок, наконец-то приведут в исполнение. Всего один час. Так почему же я так счастлив?!
- Да, мама... Я в порядке.
Хотя и слепому было бы видно, что я изрядно покривил душой. К счастью, матушка находилась на другом конце страны. Почему-то представлялось, что у нее тихое сейчас тихое светлое уже не раннее утро, а не вот это все.
Как-то механический делаю глоток из бутылки в левой руке, смывая "огненной водой" привкус лжи с собственного языка.
- Мамаааа, ха-ха! - Доносится сквозь шум ударов капель дождя по асфальту смешок от припаркованного неподалеку темного внедорожника.
Да я и сам не понял, как ответил. На автомате, наверное... В смятении и расстройстве "чуйств". Услышал звонок и... Дальше было уже поздно.
Весельчака с его передразниваниями подпевалы с удовольствием поддержали издевательским гоготом. Мне же все равно. Абсолютно. На все. Хотя известный талант у Виктории Сергеевны звонить не вовремя, конечно, был.
Плевать, что я уже промок до нитки, который день не могу уснуть без алкоголя в ударной дозе и, уж тем более, на смешки высокородных ублюдков.
Остатки чувств и эмоций выжигают женские стоны на заднем сидение того самого джипа. И удовольствия в них мало, а вот страха, откровенной паники и растерянности хоть отбавляй.
Именно поэтому я вполуха слушаю дежурные новости с родины, прихлебываю мелкими глотками из бутылки...
"Кстати, что?..", - возникла в голове короткая вспышка любопытства, но тут же потухла под волной апатии. Какая разница? По мозгам бьет, и ладно!
- Амгиии! - Промычала в ужасе девчушка, сквозь импровизированный кляп.
Как хорошо, что мой телефон снабжен активной системой шумоподавления. Хоть вертолет рядом взлетай - собеседник прекрасно слышит меня, но не шумовой фон... Пока я сам того не захочу.
Если обернуться, то вполне можно разглядеть мычащий и извивающийся силуэт на заднем сидении.
Вот только я в ту сторону не смотрю. Успею еще "налюбоваться". Не первый раз сталкиваюсь с жертвами этих ублюдков. Эта, правда, живая... Пока что. В следующий раз, когда мы "увидимся", этот момент малолетние ублюдки поправят... И я практически уверен, что на теле окажется множество следов насилия... Нанесенных не только при жизни, но и после того, как душа оставит корчащуюся от боли и страха оболочку. Подобные шакалы стремятся к "удовольствиям", но как и в наркомании, для выработки очередной порции дофамина требуется все более изощренные... Дозы. И в какой-то момент живые женщины многим из этих скотов надоедают.
Ублюдки. Высокородные. В смысле, КУДА более высокородные, чем я сам.
Мама, тем временем, закончила делиться своими новостями, и я получил возможность закончить разговор:
- Извини, мама, я на работе.
- Работай, сынок, работай! - Все так же дежурно пожелала она и повесила трубку.
"Работай!", - усмехнулся я. Вот что ее действительно волнует. И речь не о деньгах, а о государевом прощении за участие нашего родича в бунте против престола. Очень уж матушке хочется из дальневосточного "захолустья" вернуться в салоны столичного Петербурга. А для этого "сыночке" придется поработать в "шаловливой" Москве, как ее куртуазно называют престарелые боярыни, веерами прикрывая "выступающий на щеках румянец", во время модных приемов.
Огромный переполненный народом мегаполис. Центр деловой, серой и черной активности. Мекка для подобного высокородного биомусора. Аристократы всю дорогу интригуют, соперничают и даже воюют порой по строгим правилам... Меж собой. Сколько от из развлечений пострадает "простого" люда - никому не интересно. Императорский род пытается что-то сделать с этим, но пока Романовым преломить вековые традиции не удается. И ведь сами они не считают, что делают что-то плохое. Как людоед не испытывает никаких угрызений совести по поводу своего рациона. Еда же! Ну или "холопы", если применительно к данному случаю.
С ними можно делать все.
- Заткни эту суку, - раздалось вальяжное сопение из салона, откуда тут же послышались глухие звуки ударов. - Так что ты там решил, жандарм?
Делаю очередной глоток и направляюсь к застывшему перед рывком "бегемоту".
"Да, я здесь власть!", - с иронией напоминаю сам себе, безуспешно борясь с очередным приступом головной боли. В последнее время они посещают меня все чаще и чаще!
Увы, но только долгой и "правильной" службой можно выбить прощение для родичей. Меня к этому готовили с детства. Вырос я умненьким к своим девятнадцати годам мальчиком, так что вполне себе понимал разницу между словосочетаниями "правильная служба" и "служба честная".
А хотелось стать инженером. Всю жизнь мечтал создавать новые машины и механизмы... Тьфу. К сожалению, задатки будущего солдата проявились во мне куда ярче. Это тоже работа. Грязная и тяжелая порой. Но необходимая. Проблема в том, что понятие "солдат" и "грязный решала" - совершенно не одно и тоже!
