Он сел в машину и уехал с аэродрома. Покрышев вздохнул облегченно: пронесло! КРЕЩЕНИЕ ОГНЕМРано утром 30 ноября полк подняли по тревоге. Занимался морозный день. Со стороны советско-финской границы, неподалеку от которой базировался полк, до носилась артиллерийская канонада.На ровном поле аэродрома выстроились летчики, инженеры, техники. Сильный мороз пощипывал щеки' нос, забирался под одежду. Но люди стояли, не шелохнувшись, внимательно слушали комиссара. Он говорил о том, что финские реакционеры спровоцировали инцидент на границе, и Советское правительство решило обезопасить от всяких случайностей Ленинград.По команде летчики сели в самолеты.Медленно тянулось время. От долгого ожидания стали мерзнуть ноги, а команда на взлет все не подавалась.К истребителю Покрышева подошел красноармеец в дубленом белом полушубке, в валенках и с большим термосом в руках.– Давай, авиация, какао пить будем!
– Какао? Очень кстати. Я чертовски замерз.
