— В позапрошлом году в Новгород и Псков прислали грамоты. Там мой управляющий Салтыков подробно описал преимущество производства товаров и их продажи вместо простого сырья. Алексей Петрович советовал обратить особое внимание на создание бумажных мельниц, лесопилок и ткацких мануфактур. Отдельно указывалось, что казна поможет в создании стекольного и фарфорового производства[1]. Понятно, что это не произведение китайских мастеров, но голландцы научились делать посуду не хуже. Я выписал двух людишек из Европы, которые прибудут к концу лета. И платить им буду даже не серебром, а золотом. Приедут они всего на четыре года, за которые необходимо найти нужную глину и поставить завод. Ещё за государев счёт закуплены пилы, резцы и иные инструменты для лесопилок. А мастера Оружейной палаты создали новый ткацкий станок, очень удобный, дешёвый и простой в использовании. Любая овца освоит, — каждое моё слово, произнесённое тихим голосом, было сродни пощёчинам купчинам. — И что? Кто-то из вас приехал и полюбопытствовал, чего это какой-то Салтыков там расписался? Ведь перепродавать дешёвое сырьё, накинув два конца, гораздо удобнее. Ещё и по пошлинам можно с таможней договориться. Или вы ждали, что царь к вам сам приедет и упрашивать будет? Так вот он я, перед вами.
На этот раз среагировали оба купчины, пав ниц. Остальные торговцы тоже рухнули на колени.
Насчёт стекла и фаянса я, конечно, погорячился. Розыск глины с подборкой места для завода уже идёт в Гжели и Мещерском уезде, где позже возникнет Гусь-Хрустальный. Эти названия я помню, про заводы тоже, и где они примерно располагались. Но работа людям предстоит адова. Ничего, я тоже не сибаритствую, хотя могу себе позволить. Зато в остальных сферах у нас просто поле непаханое.
Взять те же лесопилки. Сука! Я пилы в Европе заказал, специально для всяких идиотов, непонимающих, что доски и брус стоят в несколько раз дороже горбыля. Заодно технологию у голландцев купил, они сейчас в деревообработке лидеры. Даже англичане с французами покупают у них детали для строительства кораблей, сами произвести не могут.
А ведь когда запустят производство и пойдёт первая прибыль, то спасибо скажут. Или эти рожи не знают, что такое благодарность?
— Не вели казнить, государь! Виноваты мы, но исправимся! Приказывай, отрада наша! — запричитал Кошкин.
— Встать! Вернулись на место! — приказываю перепуганным олигархам. — Купцы Иголкин и Поганкин умеют думать о будущем, в отличие от остальных. Афанасий уже поставил бумажную мельницу и запустил лесопилку. Я сам через Салтыкова отправил в Новгород двух мастеров немецких для помощи, ещё и пилы с резцами особые передал. То же самое касается Сергея, который сразу примчался в Москву и уже через четыре месяца поставил первую ткацкую мануфактуру в Пскове, коих уже три. За это купцам честь и хвала! Жалую обоих шубами со своего плеча, двумястами локтями шёлка и снижением податей для всех производств сроком на пять лет. А позже выдам каждому проект многообещающего дела. Поверьте, вы не пожалеете.
Пока расторопные слуги выносили и надевали шубы на растерянных героев, остальные купцы вели себя по-разному. Те, кто поглупее, пытались просверлить в счастливчиках дырку злобными взглядами. А вот народ умный явно считал в уме, сколько стоит создание мануфактуры и как быстро её окупить с учётом налоговых льгот. Судя по переглядываниям, цифры господам понравились. Порадовало, что из самых богатых олигархов неумными и завистливыми оказались только братья Русиновы. Это понятно, они обыкновенные перекупы, ориентированные строго на экспорт. На внутренние дела им плевать. Дай им волю, она завтра в Швецию русских рабов повезут. Такую публику я встречал в прошлой жизни и люто её ненавижу. Остальные не так плохи и более-менее развивают производство с ремёслами.
— А вы чего? — поворачиваюсь к явно расслабившимся боярам. — Тоже грамота не дошла?
Судя по вытянувшимся лицам, письмо Салтыкова знатные дяди проигнорировали.
— Это вы зря. Уже в этом году компания УГМК начнёт выдавать первую медь. И не какие-то несколько брусков. Две печи могут выплавить более ста пудов в год. И это только начало! Так почему князьям Барятинскому, Волконскому, Голицыну и Долгорукову незазорно стать пайщиками завода, а вы нос воротите? — старюсь себя сдерживать, но мой голос в тишине прозвучал, как шипение. — То же самое касается остальных производств. Вам ведь предложили сажать больше льна и конопли? Казна в лице Салтыкова ведь ручалась, что поможет выкупить весь урожай. Ещё вам обещали помощь от людей князя Глинского, который делает большие успехи в получении более устойчивых растений. Он и с семенами поможет, ржи и ячменя это тоже касается. О вас же заботимся. Или для кого-то царское слово — пустой звук?
