В марте 1941 года парагвайские и английские войска атаковали Иран со стороны индийской границы. В составе британских сил вторжения было выставлено двести тысяч солдат и офицеров, а также полевая артиллерия, танки и самолёты по штату колониальных войск. Со стороны Парагвая в военной операции участвовал стотысячный корпус абиссинских паладинов, столько же регулярного казачьего войска и ещё пятьдесят тысяч индейцев из пограничной стражи. При этом тридцать тысяч индейцев прошли двадцатилетнюю снайперскую подготовку в Гран-Чако и были вооружены самозарядными винтовками, аналогами СВТ-40 с оптическим прицелом и магазином на десять патронов. Парагвайская авиация представлена двумястами самолётами «Аэрокобра», сто машин атаковали северную границу со стороны СССР. Оттуда же Ирану угрожала стотысячная Южная полевая армия, располагавшаяся в астраханских степях. На её вооружении уже находилось больше сотни танков Т-34 и примерно столько же истребителей МиГ-1.
Однако в связи с возникшими проблемами в транспортной логистике, русская армия с полпути была отозвана назад. Она успела лишь осуществить погрузку личного состава и техники в железнодорожные эшелоны и двинуться в сторону Кавказа, когда пришло известие о падении режима шаха Резы Пехлеви и перехода власти в Иране к его сыну, шахиншаху Мохаммеду, лояльному англичанам.
Несмотря на то что молодые лётчики МиГов из-за недостаточного боевого опыта привлекались лишь к воздушному патрулированию, Южная полевая армия СССР сковала значительные иранские силы. Основную же роль в военной кампании сыграли даже не парагвайско-британские регулярные войска на западном фронте и не летучей саранчой передвигавшиеся по тропам отряды индейцев-снайперов, а неожиданно высаженный ночью десант в Тегеране. Столичный аэропорт был стремительно захвачен вертолётным десантом и диверсионными отрядами, а затем на взлётное поле приземлились английские транспортные самолёты со штурмовиками. Охрана дворца шаха не смогла оказать достойного сопротивления парагвайским автоматчикам и снайперам, которые прокладывали взрывами путь прямо через стены дворцовых построек.
Шуму в столице было в ту ночь произведено много, хотя злые языки утверждали, что весь фейерверк устраивался лишь для приличия, чтобы оправдать предательство иранского генералитета, подкупленного британскими агентами. Однако демонстрация сил армии вторжения позволила избежать осложнений с иранской элитой, устрашённой мощью парагвайцев и англичан. Воцарение законного наследника являлось лучшей альтернативой оккупации страны. Англичане обещали оставить в столице незначительный контингент, а остальные войска вернуть в пункты дислокации в Индии. Парагвайцы тоже не собирались надолго задерживаться в Иране, сосредотачивая свою армию у границы с СССР.
В Асунсьоне Ронин позвал на совещание начальника генерального штаба и начальника разведки, чтобы обсудить сложившуюся обстановку.
— Николай Францевич, прошу учесть недочёты, выявленные в ходе организации переброски Южной полевой армии к удалённому театру боевых действий. Эдак пока генерал-лейтенант Карпин будет грузить своих интернационалистов в эшелоны, Гитлер уже полпути до Москвы пройдёт, — высказал упрёк начальнику генштаба Алексей, а затем повернул голову к главе разведки. — Кстати, Эдуард Петрович, англичане как-нибудь документально подтверждают планы немцев начать войну с Советским Союзом именно в этом году?
— Ни у англичан, ни у нас, до сих пор нет копии плана «Барбаросса», — с сожалением развёл руками Кондрашов. — Только обрывки разговоров, подслушанных в частных беседах высокопоставленных руководителей Рейха. Однако вблизи советской границы зафиксировано сосредоточение немецких пехотных и артиллерийских частей.
— Пока не начнут перебрасываться ударные танковые подразделения, Сталин не изменит своего мнения об оборонительном характере развёрнутых армий, — с сожалением вздохнул Алексей и вновь обратился к Эрну: — Что мы можем ещё сделать, для усиления Южной армии, не нарушая договор со Сталиным?
— Парагвай подрядился полностью обеспечивать вооружением армию Карпина, — напомнил один из пунктов соглашения генерал-майор Эрн. — Вот и добавим ему, помимо уже поставленных эскадрилий автожиров, сотню «Аэрокобр» вместе с русскими лётчиками.
— А испанцев, французов и остальных наёмников вы думаете оставить в Иране? — прищурив глаз, не поверил в такую расточительность Алексей.
— Нет, иностранцы смогут пригодиться в воздушных боях за Итальянское Сомали и Эритрею. Британцы слёзно просят помощи у императора Абиссинии, но тот может выставить лишь сто тысяч паладинов и столько же императорской гвардии.
Ронин на минуту задумался, а затем довольно потёр ладони.
— В обмен за вступление Абиссинии в войну и аренду сотни наших истребителей с опытными пилотами, мы потребуем у англичан полтысячи «Аэрокобр», которые они заказали в Америке, но не спешат оплачивать. Ведь свободных лётчиков у британцев нет, да и заокеанская модель самолёта им не по вкусу, уже наладили производство своих истребителей.
