Лишь Матвей понимал, что эта задержка очень надолго, и следует искать более скорый путь на Западный фронт. В кармане его шикарного костюма лежал парагвайский паспорт и собственноручно выписанное командировочное удостоверение представителя торгпредства, которые уже никак не могли ускорить его продвижение вперёд. А через пару дней должна начаться война, и тогда эти бумаги для иностранца превратятся в гири на ногах. Мечтать пристроиться с такими документами в воинский эшелон или получить спецпропуск для передвижения в сторону западной границы было глупо даже для столь наивного молодца.
Первоначальный дерзкий план юноши, успеть самостоятельно добраться до западной границы СССР и там вступить в ряды Красной армии, провалился ещё на первом этапе: уж больно огромна страна и слишком долог путь до её края. Это хорошо хоть, что, скоренько проехав на лошади Монголию, успел ещё и по железке преодолеть часть дороги по Восточной Сибири. Но теперь передвижение по железной дороге застопорилось, и следовало попытаться проникнуть в РККА на том месте, где остановила судьба — дальше сильно легче не станет. Конечно, с началом войны, могло появиться какое–то послабление для набора интернационалистов в Красную армию. Но для горячего казака каждый день дорог, а ждать соответствующего указа из центра пришлось бы явно не одну неделю. Поэтому Матвей решил идти немедля на штурм местного военкомата.
Когда жарким июньским днём Матвей подошёл к старинному кирпичному зданию с краснозвёздной вывеской, у его стен крутились гогочущие стайки молодых призывников, проходящих медицинскую комиссию. Дежурный боец у входа спросил цель визита, удивился ответу, но добросовестно направил странного посетителя на второй этаж, в комнату приёма и регистрации заявлений. Время уже перевалило за полдень, и очереди из добровольцев в коридоре не было, хотя таковой, очевидно, и до того не наблюдалось. Это Матвею стало ясно, когда он, войдя в маленькую комнату с распахнутым окном на улицу, увидел реакцию военного клерка на появление столь редкого экземпляра. Война ещё не началась, и пока бурного патриотизма молодёжь особо не проявляла: юноши являлись на призывной пункт строго по повестке.
Толстенький старший лейтенант удивлённо выслушал просьбу иностранца зачислить его в ряды РККА, ещё раз внимательно ощупал взглядом рослую фигуру в дорогом чёрном костюме, почему–то особо придирчиво рассмотрел модную шляпу с широкими полями, а затем и кожаный рюкзак, краем выглядывающий из–за плеча молодого атлета.
— Гражданин парагваец, с такими документами вы нам не годитесь, — помахивая в воздухе иностранным паспортом, вынес суровый вердикт вершитель солдатских судеб.
— Я с отличием сдал экзамены в парагвайском кадетском корпусе, — дополнительно приложил к документам аттестат с золотым гербом на обложке настырный доброволец. — Поверьте, я отлично обучен воевать.
— И с кем же вы, господин кадет, собрались тут воевать? — скептически скривился красный командир, по неведению ещё считавший, что досрочный набор молодёжи призывного возраста проводится в связи с угрозой вторжения дивизий белоказаков барона Унгерна.
— С немецко–фашистскими агрессорами, — чрезвычайно удивил ответом молодой парагвайский казак.
— Так ведь у нас с Германией заключён пакт о ненападении, — нахмурив брови, возразил провокатору старший лейтенант.
— Бумага — слабая защита от пуль, снарядов и бомб, — пожал плечами парагваец. — Следует крепить оборону опытными и умелыми бойцами.
— Молодой человек, судя по паспорту, вам едва исполнилось восемнадцать лет, — с недоверчивой ухмылкой окинул взглядом атлетическую фигуру переростка военный клерк. — Откуда опыту набраться?
— Казак готовится с детских лет к войне, — уверенно глядел прямо в глаза ещё вчерашний кадет.
— И какова, юноша, ваша воинская специализация?
— Пластун, — назвал одну из своих воинских специальностей казак, и, видя непонимание в глазах пролетарского лейтенанта, пояснил доходчивее — фронтовой разведчик.
— Ага, в рядах Красной армии только парагвайского разведчика и не хватало, — издевательски рассмеялся лейтенант.
— Я не настаиваю, — пожал плечами казак. — Зачислите хоть рядовым пехотинцем, война сама расставит всё по своим местам.
— Ишь, в разведку он захотел, — всё никак не успокоившись, зло прошипел возмущённый командир. — Твои парагвайские документы ещё надо хорошенько проверить, да и самого прощупать, как следует. Я помещаю вас под арест, гражданин Ермолаев.
— Ты, командир, сначала меня в армию прими, а уж потом командуй, — усмехнулся дерзкий парагваец. — Документы я тебе для оформления оставлю — проверяй, а завтра, утречком, приду за получением предписания для следования в воинскую часть.
— Отставить пререкания! — вскочил со стула командир и с удовольствием вынул из кобуры новенький наган. Порадовавшись, как же кстати, с этой недели весь командный состав РККА обязали повсеместно иметь личное оружие при себе.
