– Не страшно, я ведь увлекаюсь французской борьбой, – рассмеялся коренастый широкоплечий офицер. – На спор любого казака из твоей сотни заломаю. Не видел я среди молодняка достойных противников. В драку, конечно, с опытным казаком не полезу, но в честной борьбе, на силушку, одолею.
– Эх, а вот зря ты казаков за живое задеваешь! – с укором покачал головой есаул. – Разозлится Ведьмин Сын, так тебя в бараний рог скрутит. Земляки с его станицы рассказывали, что он быка-трёхлетка взял за рога и наземь опрокинул.
– И чем животное помешало? – недоверчиво рассмеялся крепыш. С быком он сам бы тягаться не решился.
– Бык разъярился и за девчонкой по улице погнался. А она перепугалась, дура, бежит прямо по дороге, и платком ещё машет. Тут через забор сигает Ведьмин Сын и наперерез, хвать быка за рога и на бок перевернул. Держал, пока мужики не подбежали и не стреножили верёвкой. Вот такой здоровяк у меня в эскадроне служит.
– Ну, если твой бугай и пулемёты чинит, – ещё пуще развеселился поручик, – то я лично ему пять пачек папирос дам.
– Не курит юнец, – отмахнулся есаул, – чего другого предложи.
– Веди кудесника, на месте сторгуемся, – поручик указал рукой на дальний край станции. – Там в тупичке насыпь высокая, работу пулемёта проверить можно.
Есаул поспешил к паровозу, где обычно Алексей тёрся, рассказал тому о проблеме. Чутьё было у казака, что парень не подведёт, уж больно силён в воинском деле. Видел есаул, как он свой карабин и револьвер чистил, разбирал и собирал машинально, не глядя, да так быстро, словно пуговицы на гимнастёрке застёгивал. Однако когда вдвоём пришли на место, душу заскребло коготками сомнение.
Алексей явно впервые видел станковый пулемёт.
– Чудная машина, – присев на корточки, нежно погладил железный корпус Алексей. – Дядь, расскажи, как стреляет.
– Вот так мастера привёл! – победно рассмеялся поручик, но снизошёл до сухих цифр. – Это пулемёт «Максим». Вес в боевом положении 66 кило, патрон винтовочный, калибра 7,62, прицельная дальность до 3000 метров, темп стрельбы 600 выстрелов в минуту, ёмкость пулемётной ленты 250 патронов. Но, похоже, сегодня нам пострелять с него не придётся.
– Ух, и быстро строчит! – по-детски непосредственно восхитился безусый паренёк. – Эдак можно целый эскадрон за одну минуту начисто скосить.
– Смотря как стрелять умеешь, – усмехнулся наивности казачка поручик.
– Меня дядька Матвей хорошо учил, – Алексей любовно погладил боевой механизм. – Дядька пехотный командир, дозволь из твоего «Максимки» стрельнуть.
– Почини, так и дозволю, – решил поиздеваться над простаком офицер.
Алексей подвоха не понял, медленно ощупал пальцами пулемёт со всех сторон и удивился:
– Так годная же машинка, вся механика на месте, ничего не сломано.
– Ну, попробуй выпустить длинную очередь в глиняную насыпь, – с превосходством глядя на парня, проворчал поручик.
– Так ты, дядька, сперва покаж с какой стороны ленту вставлять, как прицеливаться. Да мишени надо расставить, что же патроны зря переводить.
Уверенность наивного мастера подкупала. Поручик вставил ленту, показал, как винтом выставлять ствол по вертикали. С прицельной планкой казачок сам разобрался.
– Жги патроны, не скупись! – подначивал его офицер.
Есаул не вмешивался, сидел в сторонке, нервно курил самокрутку.
Алексей большими пальцами нажал на гашетку. Пулемёт огласил округу громкой очередью. Пули нырнули в глиняный склон, оставляя пыльные фонтанчики. Но вдруг грохот внезапно стих. Пулемёт заклинило.
– От и вся музыка, – довольно хлопнул в ладошки поручик.
Алексей нахмурил брови, пошаманил ладонями над корпусом пулемёта.
– По-ня-тненько, надо разбирать, – вынес вердикт молодой мастер, задумчиво почесав затылок.
– Десять раз разбирали, а причины найти никто не может, – удручённо махнул рукой офицер.
– Ты, дядька, пока нутро агрегата вытряхни на брезент, а я к машинисту сбегаю, инструмент нужный попрошу.
Деловой казачок опрометью бросился в конец состава, к паровозу. А поручик так и застыл в нерешительности.
– Эй, есаул, как думаешь, он вернётся? – через несколько секунд задумчиво обернулся он к казаку.
– Разбирай, не сомневайся, – хохотнул есаул. Уверенность юного мастера вселяла оптимизм.
Вскоре примчался Алексей с промасленной сумкой. Достал напильник, молоток.
– Щипцов у железнодорожника не нашлось. Но разводной ключ тоже неплохо детальку зажмёт.
– Ты сперва объясни, что удумал? – разобрав пулемёт, насторожился поручик.
– Так вот же деталька недоделанная. Видишь, след от трения, а на соседней – потёртость блестит. Когда длинную очередь даёшь, металл разогревается и механизм клинит. На заводе, видно, чуть недоработали детальку. Я её сейчас напильничком обточу, молоточком обстучу – дефект и выправится.
– Лады, хуже уже не будет, – рискнул довериться мастеру офицер. Потёртости на металле действительно выделялись. Может, и впрямь всё из-за этого?
Казачок обработал поверхность детали. Все движения точно выверены – мастер! Потом уже сам, без подсказок, собрал пулемёт, да так споро, будто отличник пулемётных курсов.
