Пространство системы Альфы Паука. Голубые бусины планет. Н’гола и Амбвенде — седьмая и восьмая. Станции слежения — вспышки крупиц серебра. Засечки навигационных бакенов.
— Наложение!
— Есть наложение…
Спектрально-волновая карта наложилась на оптическую.
— Зафиксирован множественный выход из гипера в поясе астероидов…
В карусели льда и камня, во тьме космоса расцвела долина чёрных тюльпанов. Энергии, волны, частицы, силовые поля — сгустки вихрились, сворачивались безумными спиралями. Мароле прошиб холодный пот. Кошмар восьмилетней давности встал перед диспетчером, как наяву. В тот день, будь он проклят, Китту атаковала стая хищных флуктуаций. Понадобилась уйма сил и нервов, две эскадрильи волновых истребителей и один антис Думиса М’беки, а также чудо, сотворенное Великим Джа, который, как известно, скупердяй и чудесами не разбрасывается…
— Центр внешней безопасности полётов!
Каждая секунда была на счету. Диспетчер даже не посмотрел на информ-колонку с данными возникающих объектов.
— Запрашивает старший диспетчер Мароле! Красный код!
Обеими руками Мароле вцепился себе в волосы:
— Повторяю: красный код!
Эту партию он проигрывал.
— Борт три-дюжина дробь три!
— Я — борт три-дюжина дробь три…
— Ваш взлёт…
— Я — борт три…
— …отменён до особого распоряжения!
— Яхта «Труффальдино»! Срочно отзовитесь!
— «Труффальдино» на связи!
— Сажайте яхту на Н’голу!
— Вас не понял!
— Жить хочешь, Труффальдино? Садись на Н’голу!
— «Ведьмак» полсотни первый, доложить готовность к старту!
— «Ведьмак» полсотни первый к старту готов!
— Старт без отсчета! Коридор свободен.
— Есть старт без отсчета!
— Антис! Нам нужен антис!
— Вызывайте Думису!
— Вне зоны доступа…
— Убью кретина!
— Как ты его убьёшь, он же антис…
Квадво Эбале, начальник смены центра внешней безопасности полётов, бил кулаком по пульту:
— Убью! Убью! Ну почему всегда в мою смену?!
— Судьба, — меланхолично отозвался помощник.
Раньше начсмены полагал, что помощник тугодум и фаталист. Сейчас он понял, что помощник идиот.
— Папа, — спросил Эбале кого-то, возможно, судьбу. — Папа, ну почему ты собрался умирать именно сейчас? Тебе что, приспичило?!
Помощник вздрогнул. Ему померещился в углу силуэт слепого карлика. Если бы карлик ответил начальнику смены, помощник сбежал бы отсюда в психушку.
Голос начсмены вывел его из ступора:
— Вызывай М’беки. Зацикли вызов, долби до упора. Ищи всех антисов, кто ближе к нам. Любых! Пусть срочно выдвигаются.
— Есть!
— А я свяжусь с военными. И с коллант-центром.
— Антис! Есть антис!
— Антисы!
Первая реплика принадлежала помощнику. Вторая — диспетчеру Мароле, опять вышедшему на связь с центром.
— Что — антисы? — помощника Эбале проигнорировал. Диспетчер был важнее. — Какие антисы! Сколько?
— Даю информацию по объектам. Класс, координаты, скорости, траектории…
В рабочей сфере возникли данные спектрального анализа: мотылёк за мотыльком, вылетевшие из чёрных тюльпанов. В сфере вспомогательной развернулся атлас Шмеера — Полански. Каждый мотылёк получал имя: Рахиль Коэн, Самсон Коэн, Нейрам Саманган, Вьюха, Капардин…
— Отбой тревоги! Повторяю: отбой тревоги!
— Это антисы!
— Твою ж мать! — губы помощника тряслись. — Мать же твою…
— Это не флуктуации! Антисы…
— Девять, — вслух считал Эбале, не зная, зачем он это делает. — Шестнадцать. Двадцать четыре. Девяносто три…
Число тюльпанов росло.
Вторжение отменялось. Ни одна стая не сунулась бы в систему, куда набилась такая чёртова, такая благословенная уйма антисов. История, как предупреждали мудрецы древности, повторялась дважды: первый раз — трагедия, второй — фарс.
— «Труффальдино» на связи! — булькнула акуст-линза.
— Слышу вас, «Труффальдино»!
— Так мне садиться на Н’голу или как?
— Или как! — заорал Эбале. — Лети сюда, я тебя встречу!
— Вас не понял.
— Встречу, говорю! С цветами! С ковровой дорожкой!
Нервы, подумал он. Нервы, да.
— С дорожкой! — хихикнули в линзе. — Сяду, проверю! Эй, «Энайола»! Запрашиваю посадку…
— Пассажиров, отбывающих рейсом 07/52 Китта — Юниус — Сечень отправлением в 03:25 по местному времени, просим пройти на посадку к 118-му выходу терминала «Лямбда». Повторяю…
Они встретились на выходе из зоны контроля: толстая гематрийка, похожая на домохозяйку, впервые выбравшуюся на курорт, и смуглый вехден, атлет с волосами цвета слоновой кости.
— Здравствуй, Нейрам.
— Привет, Рахиль. Рад тебя видеть…
Оба замолчали, словно не знали, о чём говорить. Лидер-антисы своих рас, истоптавшие космос вдоль и поперёк, сражавшиеся с тварями, способными выпить звездолёт быстрей, чем школьник — банку газировки, они стояли в космопорте «Энайола», как если бы кроме них, здесь не осталось ни живой души, и смотрели в пол, боясь посмотреть друг на друга.
— Что он написал тебе? — спросил Нейрам.
— Срочно. Папа написал мне: вылетай срочно.
— Ну да, конечно. Я понимаю.
— А что он написал тебе?
— Вылетай срочно.
— И ты вылетел?
— Разумеется.
— Ну да, конечно.
— И я вылетел, — сказал Самсон Коэн, брат-близнец Рахили. — Срочно.
