– В том-то и дело, что известно далеко не все! – сказал я, вытянувшись в полный рост. – Ведь все мы верим, что Чарли не вор. Значит, преступником должен быть кто-то другой. А еще мы не знаем, как именно этот кто-то украл ценные вещи. Произошло ли это во время шоу? Или еще до его начала? Или в антракте? – я торжествующе взглянул на О’Нелли.
– Но как же ты, будучи котом, собираешься это выяснить? – проблеяла она. – Это ведь решительно невозможно!
– Именно! – поддакнула ей Пат. – Решительно невозможно!
– Уж поверьте, – загадочно промяукал я, – я непременно что-нибудь придумаю. Ага, вот уже и придумал! Слушайте!
И без лишних церемоний я для начала назначил всех участников труппы своими ассистентами.
– Так ты хочешь сказать, что мы все теперь – помощники шерифа? – спросила О’Нелли.
– Да, что-то вроде того, – кивнул я. – А скажите-ка, кто из вас лучше всех здесь ориентируется?
Все взгляды устремились на Бартоломео.
– Я, – подтвердил кот. – Вечерами после шоу я люблю гулять по парку и ловить мышей.
– Очень хорошо, – сказал я. – Значит, сейчас ты снова пойдешь прогуляться, только вот мышей на этот раз придется оставить в покое.
– Вот как? – вид у Бартоломео был весьма разочарованный.
– Именно так! – подтвердил я. – Вместо этого ты послушаешь, о чем говорят люди в парке. Может быть, удастся что-нибудь выведать. А лучше сбегать еще и в гостиницу, чтобы и там немножко осмотреться.
– В поисках чего? – в недоумении уставился на меня Бартоломео.
– Всего, что покажется подозрительным!
– Ясно, шеф! – ответил кот и был таков.
– Для тебя, Флойд, – повернулся я к обезьяне, – у меня тоже есть задание. Ты ведь запросто можешь выбраться из этой клетки, верно?
Флойд проворно подскочил к двери, просунул свою маленькую ручку между прутьями решетки и ловко отодвинул засов.
– Нуль проблемо, – сказал он.
– Прекрасно! Тебе нужно заняться тем же, что и Бартоломео, но только здесь, в цирке. Нам нужно знать, о чем говорят между собой артисты. Возможно, у кого-то из них появились подозрения, которые могут подтолкнуть нас к разгадке. Понятно?
– Понятно! – сказал Флойд и исчез.
–
– Мы останемся здесь и будем удерживать позицию, – распорядился я. – Если еще кто-то уйдет, это будет слишком заметно. А у нас ведь тут, в конце концов, секретное расследование.
На лице моей собеседницы отразилось разочарование. Но делать нечего – если еще и эта коза сейчас куда-то поскачет, мы себя сразу же обнаружим. Ведь О’Нелли, в отличие от Флойда, не заметить практически невозможно, даже если крепко зажмуриться.
Казалось, с тех пор как эти двое ушли, прошла целая вечность.
Первым объявился Флойд. Совершенно ошарашенный, он едва мог говорить и прямо захлебывался от волнения.
– Вы не поверите, – пропищал он, – Чарли вернулся!
– Так значит, все в порядке, напрасно волновались, – буркнул Паташон.
– Я так не думаю, – возразила обезьянка. – Полицейские привели его обратно и сказали, что он не должен покидать парк до завершения расследования!
– И что же это… – начал Ромео.
– …означает? – закончила Джульетта.
Все посмотрели на меня.
– Видимо, – объяснил я, – они все еще подозревают Чарли, однако не могут ничего доказать. Поэтому с него взяли подписку о невыезде – так называется распоряжение, чтобы он все время был у них под рукой, если вдруг понадобится.
– Бедный Чарли! – запричитал Флойд. – Балотелли тут же вызвал его к себе и отругал на чем свет стоит. Он, мол, создает проблемы, а Балотелли проблемы ни к чему. Люди теперь будут думать, что в цирке орудуют воры, и никто больше не придет на представление.
– И что Чарли на это ответил? – поинтересовался я.
– Он все повторял, что это не он, что он не вор и ни в чем не виноват. А под конец даже заплакал.
Мы растерянно переглянулись.
– А еще что-нибудь тебе удалось выяснить? – спросил я.
– Не-а. – Флойд с сожалением пожал плечами. – Конечно, среди цирковых эти кражи – тема для разговоров номер один. Но все совершенно сбиты с толку и никто понятия не имеет, как это случилось. Все сходятся лишь в одном: Чарли тут ни при чем!
Я задумался. Добытые Флойдом сведения не особенно помогли продвинуться в расследовании, они лишь подтвердили то, что мы и так предполагали – клоун не вор. Но почему же полиция не верит Чарли? Ведь алиби у него есть – он участвовал в представлении. Известно ли им что-то такое, что неизвестно нам? Известно ли им вообще хоть что-нибудь – или они зацепились за Чарли только из-за отсутствия других подозреваемых?
Ход моих мыслей был прерван мяуканьем. Бартоломео тоже вернулся с вылазки. И вот ему-то удалось разузнать кое-что действительно интересное.
– Представьте себе! – воскликнул он. – Оказывается, эти кражи были не первыми. В парке только и разговоров что о карманниках, которые в последнее время вовсю тут орудуют, а полиция никак не может их поймать! Но знаете, что хуже всего? – тут он ловко вставил драматическую паузу, и я подумал, что у этого пройдохи даже мне есть чему поучиться – напряжение он создал такое, что мы не дыша замерли в ожидании.
