Эти слова звучали в моей голове каждый раз, когда я хотел по-мужски поговорить со Славой. Моя сестра сходит с ума от любви к нему вот уже 5 лет, страдая и мучаясь от безответности. А я ничего не могу с этим поделать! Просто смотрю в её постепенно угасающие глаза…и молчу. Тихо страдаю вместе с ней. В ту ночь, когда Слава сделал Марине предложение, Лера пыталась покончить с собой, но я успел предотвратить это. Вот только не могу поговорить с другом о её чувствах, меня напугали ее слова. И теперь приходится нести в себе этот груз.
Когда у Марины и Славы ничего не сложилось, Лера снова засияла от счастья, надеясь, что тот, наконец, обратит на нее внимание. Но этого не произошло. Постепенно Слава вновь вернулся в прежнюю колею, и каждую неделю у него появлялась новая девушка. Половина из них были подругами Леры, отчего та впадала в депрессию и с каждым днем увядала все больше. Но как же она умело скрывала от него свои чувства. Однажды я спросил, почему она не признается ему, на что Лера напомнила мне о нашем с другом разговоре.
— Мне вот интересно, Слав, мы столько лет знаем друг друга, и ты ни разу не посмотрел на мою сестру как на взрослую девушку, хотя она у меня красавица, — подмигнул я ему.
— Ты прав — она красавица, но все же еще ребенок, хоть ей и 16 лет. Она для меня как младшая сестренка и даже через 10 лет ей останется, — с улыбкой ответил Слава.
Тогда я еще не знал о чувствах сестры, поэтому успокоился после слов друга. Не хотелось, чтобы мою красавицу кто-то развращал в таком возрасте, ведь я знал, что если она понравится Славе, то он непременно добьется от нее взаимности. Узнавал я о её любви к нему постепенно, видя ее поведение рядом с другом: то она была радостная, веселилась, то вдруг убегала в дом со слезами. Сначала я не понимал, в чем дело, но в итоге сложил два плюс два… и получил настоящую проблему.
Теперь я разрываюсь между двумя самыми дорогими мне людьми.
Чтоб вы поняли, Слава не просто мой друг — он мне как брат. Когда мать бросила отца и нас с Лерой, тот достаточно быстро нашел ей замену. Это оказалась мать Славы, которая любила отца несколько лет. Она растила сына одна, без мужа, поэтому никто не препятствовал их браку, продлившемуся лишь два года. Но даже развод родителей не смог разрушить дружеские отношения со Славой, которые с каждым днем становились все крепче. Лерка о тех временах почти ничего не помнила, ей было только 5 лет.
Вскоре отец занялся строительным бизнесом, а о своих детях напрочь забыл. Мы были предоставлены сами себе, но нас продолжила растить Лидия Николаевна, мать Славы. Через год у отца случился инфаркт, который привел к летальному исходу. Мне на тот момент исполнилось 15, а Лере 8 лет, поэтому Лидия оформила над сестрой опеку и стала моим попечителем. Я всю жизнь буду благодарен ей за это, ведь больше никому мы не были нужны.
Спустя неделю после смерти отца мы узнали, что он отписал все состояние своей любовнице. Таким образом, у нас с сестрой не осталось ничего: ни отца, ни денег, ни семьи. Хотя нет, моя семья — это Лера, Слава и Лидия. Ради них я готов абсолютно на все. И никогда не предам их…
Сегодняшний вечер просто окутан любовью и волшебством. Мы со Славой сидели на капоте его машины и нежность в лучах заходящего солнца. Поцеловав меня в макушку, он переплел наши пальцы и посмотрел вдаль. Перед нами раскинулся весь город с его суетой и вечным движением, а здесь, на вершине горы, мы были словно в другом мире, созданном для нас двоих.
И в этом мире внезапно появился третий…
— Я не хочу тебя торопить, но…, - нерешительно начал Слава, — Ксюш, я же мужчина и мне нужно немного больше, чем обнимашки и скромные поцелуи. Блин, я не должен был этого говорить. Забудь.
Но он не хотел, чтобы я забывала, Слава хотел донести до меня эту информацию. Но хотела ли я ее услышать? Еще неделю назад я радовалась бы такому предложению, но сейчас меня уязвили его слова. Неужели ему неприятны поцелуи и объятия со мной? Что я и не преминула спросить.
— Ну что ты, зайка, просто от физиологии не убежишь. Но я готов ждать столько, сколько тебе понадобится. Просто ты и себя ограничиваешь.
— И в чем это я себя ограничиваю? — с удивлением спросила я.
— В удовольствии…, - шепотом произнес он мне на ухо. И эта фраза, так и сочившаяся медом, не затронула ни одной струны в моей душе. Впервые я почувствовала, будто рядом со мной не влюбленный в меня мужчина, а парень, решивший покорить очередную дурочку своими сладкими речами. Я заглянула ему в глаза и удивилась, не найдя в них любви ко мне. Там был только интерес как к очередной девушке, не более. Как я не увидела это раньше? Почти три месяца понадобилось, чтобы разобраться в нем. В нас. Устав от ожидания настоящей любви, я сама нарисовала ее. А теперь кто-то прошелся по ней ластиком. Но мне не больно, ведь мы еще можем повернуть назад, ничего не обретя, но и не потеряв. Я почувствовала облегчение от того, что так вовремя во всем разобралась.
