Сжигающее стекло (ЛП) полностью

когда он понимал, что не может доверить мне свои чувства. И, возможно, это было что-то

глубокое. Что-то, чего он не мог доверить никому.

Свет свечи рядом с нами стал мерцать, плавя остатки воска. Когда, наконец, она догорела, я отряхнула своё платье и поднялась.

- Спасибо за сегодня, - сказала я. Внутри меня расцвело чувство вины и сожаления. И эти

чувства не принадлежали мне. – Я не знаю, что бы делала без тебя.

- Подожди, - прерывисто выдохнув, Антон поднялся. – Останься.

Я нахмурилась, чувствуя неопределённость в его словах.

- Обещаю, я не буду больше тебя целовать, - он сделал шаг вперёд.

- Я хочу, чтобы ты меня целовал, - вздохнула я.

- Останься.

Я скрестила руки, пытаясь держать дистанцию между нами. Я не была уверена в том, что

мне хотелось доверять ему в тот момент, когда он не может открыть мне своё сердце.

- Ты поддерживаешь меня, - сказал он. – Даже в тяжкие времена. – В его ауре появилось

какое-то чуждое чувство робости. – И я хотел бы тоже поддерживать тебя, - он

поморщился, чувствуя, что говорит что-то не так. – То есть… я прошу тебя. Я пытаюсь, Соня. Это лучшее, что я могу сделать.

Я прикусила губу.

- Останься, - он пытался отыскать мой взгляд.

Ветер гудел, проходя меж стёклами. Позолоченные ставни скрипели. Мой надуманный

барьер, который я возвела против принца, пал. Я ушла. Но не в дверь с полуночными

пейзажами. Я забралась в его постель. Лунный свет из окна, из-за не плотно закрытых

штор, дорожкой падал на одеяло. Глубоко вздохнув, принц направился за мной. Мы

сидели рядом. Я сложила ноги, а он – лишь одну. Затем, мы сели ближе, будто это был

самый нежный танец в нашей жизни, будто мы обнимали друг друга всю ночь. Это было

иначе. Он стал относиться ко мне теплее. Он чувствовал себя хрупким, будто фарфоровая

посуда.

Я легла на одну из подушек, а он примостился около моей ключицы. Я протянула одну

руку к нему, а губами нежно коснулась его лба. Он сполз ниже. Его волосы прошлись по

моему лицу, и тогда я почувствовала, что они пахнут мылом и еловым лесом. Я

поглаживала его так же, как до этого он поглаживал меня.

Затем, я поняла, что грудь Антона медленно опускается и поднимается. Он видит мирные

сны. Две едва заметные слезы скатились по моим щекам. В этот момент я думала о Пиа.

Затем, я закрыла глаза и укуталась в запах волос Антона.

ГЛАВА 30

Меня разбудило что-то светлое. Луч солнца проходил сквозь щель в шторах, будто

разрывая их словно нож. Я поёжилась и отвернулась, чтобы спрятаться от луча. Потом я

увидела Антона и с удивлением поняла, что спала рядом с ним. Ночью мы ворочались и

наши «позиции» изменились. Его голова лежала на моём животе. Открыв рот, он всё ещё

спал, а его руки были распростёрты. Мои же руки тоже сместились: одна оказалась у меня

под головой, а другая – окунулась в его волосы. Спящим он казался младше, уязвимее, прекраснее. Я хотела, чтобы так было всегда.

Со вздохом блаженства, я бросила взор к окну. Потом нахмурилась, щурясь от луча света.

Тумана и зари не было. Облака были располосованы яркими лучами.

- Вставай! – ахнула я и подтолкнула Антона.

- Соня? – он поднял голову и посмотрел на меня сонно, одним глазом. Он говорил так, будто и это тоже ему всё ещё снилось.

- Я должна вернуться в свои покои! – прошипела я. Каждый раз, когда я спала в комнате с

гобеленами, я никогда не засыпала так крепко, что не могла проснуться, когда приходила

Пиа.

Пиа.

- Я должна идти, - сказала я. К горлу подступил ком при мысли о моей подруге, но я не

могла снова довести себя до слёз. Почему я пришла в комнату Антона прошлой ночью?

Из-за меня он в опасности. – Ленка будет искать меня.

Кто-то резко постучал в наружную дверь. Принц и я резко поднялись. Я перекатилась на

другую сторону кровати, стремясь к двери к гобеленовой комнате, но дверь скрипнула и

ручка повернулась, будто кто-то хотел её открыть.

Я не могла думать. Я не смогу выйти отсюда вовремя. Но движения Антона были быстрее.

Он не слишком-то осторожно бросил меня на кровать, и я скатилась на пол, упав при этом

на мягкое место, но я выронила лишь короткий визг.

- Доброе утро, брат, - дверь скрипнула.

Валко. Я нырнула ниже, а в ауре почувствовался холод. Под кроватью я наблюдала, как

его чёрные полированные сапоги приблизились к босым ногам принца. Их звук слышался

в каждом углу комнаты.

- Доброе утро, - принц откашлялся, когда сапоги перестали отбивать свой ритм. – Ваше

императорское Величество.

- Эти два дня были слишком напряжёнными, - император подошёл на три шага ближе. Я

стала дышать тише, когда заметила, что он стал ближе к кровати. – Приём людей удался

на славу. А потом этот ужасный случай со служанкой… - он слегка качнулся на каблуках, то отдаляясь от Антона, то приближаясь к нему. – Но что сделано, то сделано. Это было

важно.

Я сконцентрировалась на чёрной коже его сапог. Зачем сюда явился император? Для него

это обычное дело, врываться в покои брата и говорить о нудных делах Империи? Уже не

говоря о том, что они обсуждали смерть моей подруги.

- А какие новости сегодня? – я заметила, как жила на лодыжке Антона набухла. – Всё

также сложно?