Услышав свой приговор, Малыш Го вскочил и бросился бежать. Он сделал несколько шагов, потом его повалили и потащили назад к помосту, из раны на лбу текла кровь. «Отец!» – крикнул он в ужасе, ничего не понимая. Но вместо того чтобы подбодрить его, Правый министр Го застыл от ужаса. Он слепо смотрел, как Первый министр махнул рукой с помоста и вперед вышли люди с лошадьми. Они все время ждали неподалеку. «Эта судьба всегда ждала Малыша Го, – подумала Чжу. – Спастись от нее было невозможно».
С самого начала она ощущала присутствие Ма Сюин. Теперь она увидела ее в толпе. Вокруг нее образовалась пустота, словно ее связи с предателем было достаточно, чтобы люди отпрянули от нее. Ее лицо стало восковым от потрясения. Хоть Ма и опасалась худшего, Чжу поняла, что она не представляла себе, что случится, если ее опасения сбудутся. Чувствуя прилив этой странной новой нежности, Чжу подумала: «Она никогда раньше не видела, как человека намеренно лишают жизни». При всей неизбежности этого почему-то Чжу почувствовала, что она оплакивает потерю невинности Ма.
Малыш Го кричал и сопротивлялся, пока его привязывали к пяти коням, а потом все отошли в сторону. Первый министр наблюдал с радостным удовлетворением параноика, который видит, как приводят в порядок мир. Увидев, что все готово, он поднял руку и опустил ее. Щелкнули удары кнутов.
Чжу, наблюдавшая за Ма с незнакомой болью в сердце, увидела, что девушка в критический момент отвернулась. Рядом не было никого, кто бы ее утешил. Она просто с плачем сжалась в комок посреди пустого пространства в толпе. Чжу почувствовала, как при виде этого в ней нарастает мощная потребность защищать. Она с тревогой осознала, что это было новое желание, уже пустившее корни рядом с тем, другим желанием, которое определяло все, чем она была и что делала. Оно казалось таким же опасным, как стрела, вонзившаяся в ее тело, словно в любой момент оно может проникнуть глубже и нанести смертельную рану.
Первый министр смотрел поверх толпы, его худое тело дрожало. Левый министр Чэнь, улыбаясь, поднялся по ступенькам и ступил на сцену. Низко поклонившись Первому министру, он произнес:
– Хорошая работа, ваше превосходительство.
Ma, вбежавшая в храм, нашла Чжу, который сидел на своей лежанке в пристройке с заново отремонтированной крышей и читал. В обычный день она бы не посмела нарушить уединение Чжу. Он казался погруженным в себя и, когда она вбежала к нему, вздрогнул. Должно быть, выглядела она ужасно: волосы растрепаны, как у призрака, лицо бледное, одежда разорвана и покрыта пятнами. Непристойный вид. Но ей было все равно.
– Я просила тебя его защитить!
Чжу закрыл книгу. Ма с опозданием заметила, что на нем только нижняя рубаха и штаны. Он ответил необычным для него усталым голосом:
– Может быть, мне это и удалось бы, если бы Чэнь Юлян выбрал другой способ.
Свечи, стоящие рядом с его лежанкой, издавали слабое потрескивание, когда в пламя попадала пыль и мелкие насекомые.
– Я полагаю, он решил, что слишком рискованно напасть прямо на Правого министра Го. Поэтому он использовал паранойю Первого министра в качестве оружия. Разве ты сама не предупреждала Малыша Го, чтобы он никогда не выступал против Первого министра? Но он назвал Цзянькан своим собственным городом. В конце концов, больше Чэнь Юляну ничего и не нужно было.
– Ты знал, что так произойдет? – Ее голос сорвался. – Ты на стороне Чэнь Юляна; ты должен был знать!
– Я не знал, – ответил он.
– И ты ждешь, что я тебе поверю?
– Верь чему хочешь. – Чжу устало пожал плечами. – Доверяет ли мне Чэнь Юлян? Не полностью, я думаю. Но в любом случае он во мне не нуждался. У него там уже был И Цзинькай.
Тогда Ма зарыдала. Хрипло, с икотой. Ей казалось, что она плачет так уже много дней.
– Почему мы должны играть в эти ужасные игры? Зачем?
На мгновение в неверном свете свечей ей показалось, что он колеблется, что его маленькое тело – всего лишь контейнер для чего-то более ужасного.
– Разве не все хотят только одного – подняться на самый верх, стать неприкасаемыми?
– Я этого не хочу!
– Да, – согласился он. Его черные глаза смотрели печально. – Ты не хочешь. Но другие хотят, и ради них эта игра будет продолжаться, пока не закончится. Кто следующее препятствие между Чэнь Юляном и вершиной? Правый министр Го. Поэтому следующий ход Чэнь Юляна будет против него. – Немного помолчав, он мрачно прибавил: – Ты должна подумать о себе, Ма Сюин. Если Чэнь Юлян уничтожит семью Го, он сочтет тебя полезной наградой для командира, который служит ему лучше других.
Возможно, она бы пришла в ужас, если бы это стало неожиданностью. Но когда Ма услышала его слова, она уже знала: это просто еще одна часть жизни женщины. Это все равно было больно, но вместо свежей боли возникла все та же невыносимая тяжесть, которую она почувствовала, когда узнала о скором браке с Малышом Го. И как она ни страдала, глядя на гибель Малыша Го, это абсолютно ничего не меняло.
Выражение его лица было мрачным, словно он знал, о чем она думает.
