Горечь переполняла меня; я знала, что никогда уже не стану прежней, — вина будет давить на меня до самой смерти. Что ж, я приняла решение и постаралась забыть о других возможностях, чтобы продолжать жить с этой ношей. Я не сказала Датрику о том, что знала, и Флейм предстояло заплатить ужасную цену…
Я заговорила о другом:
— Ты знаешь о деревне в западной части острова, где поселились дун-маги?
— Конечно.
— Ах, вот как… Конечно. И ты можешь не говорить мне, что собираешься с ними разделаться.
— Именно.
— Там таится такая мощь, что ее хватит, чтобы превратить всех вас в таких же, как Флейм, чтобы осквернить ваши тела и души, так что вам придется или убить себя, или подчиниться.
— Мы справимся.
— Надеюсь, что ты прав, сир-силв. Очень надеюсь. Но позволь тебя предостеречь: тот дун-маг, который все это затеял, собирается разделаться с тобой в первую очередь.
Конечно, вряд ли злой колдун слишком серьезно отнесется к тому, что я под пыткой назвала Датрика, когда узнает об этом от Домино. Я назвала Датрика только потому, что не могла вспомнить ни о ком другом, так же хорошо — по крайней мере, я на это рассчитывала — защищенном от дун-магии Мортреда, если то и в самом деле был Мортред. Датрик обеспокоено взглянул на меня:
— Откуда ты знаешь? Я усмехнулась:
— Я сама ему это посоветовала. Более или менее.
Это была вполне подходящая прощальная фраза, и я повернулась к двери, но Датрик пожелал оставить последнее слово за собой.
— Блейз, — крикнул он мне вслед, — то, что скрыто у нас на корабле, охраняется не только магией.
Я остановилась и оглянулась. Датрик догадался о моем намерении с такой же легкостью, как если бы я была раскрытой книгой, и положил ему конец прежде, чем у меня возник даже смутный план.
— Будь ты проклят, Датрик, — тихо сказала я. — Провались в Великую Бездну.
Остальные ждали меня на пристани. Я взглянула на Флейм и взяла ее за руку:
У меня есть еще одна карта в рукаве. В глазах цирказеанки вспыхнул страх.
— Не вздумай охотиться на дун-мага!
— Сомневаюсь, чтобы я смогла выследить его вовремя. Я подумала кое о чем еще. Достаточно ли ты доверяешь мне, чтобы подождать еще немного?
Флейм с усилием подняла на меня глаза:
— Я тебе доверяю. — Она не поверила в надежду, которую я ей предлагала. Доверяла она мне в другом: что я убью ее, когда потребуется.
Я повернулась к Рэнсому:
— Ты должен мне сто пятьдесят сету. Мальчишка с возмущением отшатнулся от меня:
— Как ты можешь думать о деньгах в подобный момент!
— С легкостью. Расплатись со мной.
— Я обещал тебе двести сету, если ты вернешь ее живой и здоровой. Ты только посмотри на нее! Разве она здорова?
— Расплатись, Новисс, — мягко, но с угрожающими нотками в голосе посоветовал Тор.
— Но…
— Расплатись.
Рэнсом неохотно полез в кошель и вручил мне монеты.
— А теперь отвези Флейм обратно в гостиницу, — сказала ему я.
— В гостиницу? — запротестовал он. — Там небезопасно!
— Конечно, небезопасно, — кивнул Тор. — Ни для кого из нас. — Он с сочувствием посмотрел на Рэнсома. — Только, боюсь, безопасного места просто не существует. Впрочем, не думаю, чтобы дун-маг был сейчас опасен для Флейм. Он думает, что она уже в его власти и все, что требуется, — это дождаться, когда она сама придет к нему. Так что гостиница не хуже любого другого места. Давай, Новисс, помоги мне посадить Флейм на морского пони. Животное беспокоится: ему нужно вернуться в воду.
Когда Флейм и Рэнсом уехали, Тор тихо спросил меня:
— Ты думаешь о том, что хранители прячут на корабле? Собираешься узнать, что это, а потом использовать знание для того, чтобы заключить с ними сделку?
— Нет, — покачала я головой. — Датрик предвидел такую возможность. Он слишком хорошо меня знает, а потому предупредил, что охрана там не только магическая. Я еще не дошла до того, чтобы убивать силвов-хранителей ради того, чтобы узнать их секрет. Я вижу другой выход для Флейм… По крайней мере, надеюсь на это. Возвращайся в гостиницу, Тор. Со мной ничего не случится.
Тор согласился, зная, что его помощь может понадобиться Флейм и Рэнсому, хотя отведенная ему роль и не слишком ему нравилась. Подозреваю, что принять мое предложение его заставил долг перед Рэнсомом, а вовсе не желание мне угодить. Будь обстоятельства иными, он пошел бы со мной, как бы я ни возражала. Так или иначе, Тор низко надвинул шляпу и двинулся прочь от пристани.
Как только он скрылся из виду, я направилась к дому Ниамора. Мне пришлось пробираться между спящими бродягами, расположившимися перед дверью, и меня пронзило острое чувство — смесь жалости, стыда, гнева и облегчения оттого, что я — не одна из них; запах нищеты и немытых тел был мне хорошо знаком, он будил во мне воспоминания детства. Мне пришлось сделать усилие, чтобы не думать, не вспоминать…
Мне повезло: Ниамор оказался дома. В обычных обстоятельствах он пил бы где-нибудь в таверне, да только обстоятельства никак нельзя было назвать обычными.
