— Заклятие разрушено. — Однако страх, который когтями сжимал мое сердце, от поступка Тора только еще больше усилился.
— Можете не беспокоиться, — добавил Тор, когда Датрик и Флейм начали озираться в поисках урона, причиненного дун-магией. — Заклинание не имело злой цели. И я больше не чувствую близкого присутствия дун-мага.
— Тогда чего же, провалиться ему в Великую Бездну, он добивался? — спросила Флейм. Краска вернулась на ее лицо.
Рэнсом вытаращил на девушку глаза: похоже, он раньше не слышал от нее ругательств и был теперь шокирован.
— Он играет с нами, — ответил Тор, — и получает удовольствие от нашего испуга. Он хочет, чтобы мы знали: любой из нас — и хранитель-советник в том числе — окажется в его власти, как только он того пожелает.
Рэнсом стал белым, как пена на гребне волны, и прошептал: Да поможет мне Бог! — Потом в нем произошла перемена. Он выпрямился во весь рост и повернулся к Датрику. Превращение смущенного и испуганного мальчишки в величественного наследника престола было поразительным. Сир-силв, — сказал он, — мое имя не Новисс, как тебе говорили. Я Рэнсом Холсвуд, престолонаследник Бетани. — Флейм резко вскинула голову, что меня удивило: выходит, хоть она и знала, что ее любовник знатен, он не сказал ей, насколько знатен. — Я прошу у тебя защиты для себя и Флейм Виндрайдер с Цирказе.
Виндрайдер? Я вопросительно подняла бровь, услышав это имя, и Флейм ответила мне вызывающим взглядом. Мне было больно думать о том, сколько горя она на себя навлекла. Как говорят на Ксолкасе, когда дело касается не подходящих друг другу пар, «повенчав ветер с облаками, жди дождя».
— Я желаю как можно скорее вернуться на вашем корабле на острова Бетани, — продолжал Рэнсом. — Не сомневаюсь, что мой отец щедро вознаградит тебя.
Брови Датрика поползли вверх. Он тоже явно не знал, кто такой Рэнсом. Советник взглянул на меня:
— Это правда, Блейз?
Пожалуй, его предположение, что мне все должно быть известно, можно было счесть комплиментом.
— По-моему, да, — пожала я плечами. Теперь пришла очередь Рэнсома изумиться.
— Ты-то откуда знаешь?
Ему было известно, что я обыскивала его комнату — Руарт сказал об этом Флейм, а Флейм — Рэнсому, — но красавчику, конечно, не пришло в голову, что я могла прочесть надпись в его молитвеннике. Я улыбнулась юноше, но ничего не стала объяснять.
— Блейз, — сказал Датрик, — предпочитает знать, что к чему. Впрочем, молодой человек, насколько я слышал, на Бетани нет наследника престола.
Рэнсом вспыхнул.
— Я уверен, что разногласия между моим отцом и мной будут преодолены, как только я вернусь.
Датрик вежливо поклонился. В его следующих словах прозвучала ирония, ясно говорившая о том, что он слышал о недовольстве правителя Бетани сыном, но Рэнсом вряд ли это понял.
— Что ж, в таком случае я буду счастлив помочь тебе вернуться в столицу Бетани как можно скорее. Правда, у нас на косе Гортан есть дела, которые могут на несколько дней задержать нас здесь, но на борту «Гордости хранителей» мы встретим тебя с гостеприимством в любой момент. Тебе, несомненно, известно, что все равно еще какое-то время отправиться в плавание мы не сможем из-за ветров и течений.
— А что насчет сир-Флейм?
Датрик повернулся к постели цирказеанки.
— Я помог ее исцелению, хотя это существенно истощило мои силы. Если же она желает получить еще какую-то помощь, она знает, что для этого нужно сделать.
Мгновение Рэнсом боролся с собой, разрываясь между желанием найти убежище на корабле хранителей и верностью Флейм, сил которой явно не могло хватить, чтобы защитить его. Флейм, да будет благословенно ее доброе сердце, облегчила ему выбор. Я на ее месте не стала бы…
— Отправляйся, Новисс… сир-наследник. Мне легче будет себя исцелить, если не придется беспокоиться о тебе.
Последовал короткий спор: она говорила «иди», он говорил «нет, я не могу тебя оставить», — в котором, конечно, победила Флейм. Прощание было слезливым (со стороны Рэнсома) и вполне прозаическим со стороны Флейм. Рэнсом запечатлел на ее губах страстный поцелуй, который Флейм приняла довольно холодно. Мне хотелось хорошенько стукнуть молокососа…
Оглянулась на Руарта, который снова сидел на подоконнике. Он чистил перышки и, казалось, не обращал внимания на то, что происходит, но я усомнилась в его равнодушии.
Прощальный выстрел Датрика был предназначен Флейм.
— Ты знаешь, что должна сделать, чтобы оказаться под защитой хранителей. — Советник кивнул мне и распахнул дверь перед Рэнсомом.
— Ах, — едко протянул Тор, — как будто эта защита чего-то стоит! Янко может сделать из заклинаний сир-силва рыбную похлебку!
— Что ты сделал такого, — спросила я, — чтобы разозлить советника?
Тор обиженно посмотрел на меня:
— Я? Я был с ним совершенно вежлив. Флейм усмехнулась:
