Когда смерть для него стала неизбежной, он потребовал к себе Хумайуна мирзу, которого он, отозвал из Бадахшана, увез с собой [в Индию] и передал ему всех эмиров и людей и отдал свою душу Создателю мира, <да сделает Аллах лучезарным его блеск и да озарит его гробницу>.
Когда Хумайун падишах воссел на трон вместо своего отца, в разных местах [царевичи], подобно Мухаммад Заману мирзе сына Бади-аз-Замана сына Мирза Султан Хусайна, служившего Бабур Падишаху и доводившегося ему зятем, начали трубить в трубу неповиновения и забили в барабан несогласия. Хумайун падишах добрыми мерами всех усмирил и то, что осталось не завоеванным его отцом, он все завоевал и отправился в Гуджарат[1034]. /
Когда его святейшество Махдум-и Нуран уехал в Индию, я приехал из Аксу, Рашид султан также приехал, как об этом уже упоминалось. Той же зимой Рашид султан со всеми чадами и домочадцами уехал в Аксу. Весной того же года [Са'ид] хан решил отправиться на священную войну в Тибет. До этого эмиры не один раз ходили туда, одерживали победы и привозили добычу, однако ислам в Тибете из-за невежества тех эмиров не распространился. Неверных же в Тибете, кроме тех, которых покорили эмиры, было еще много. А в мыслях у хана постоянно жило намерение совершить священную войну ради Аллаха. Особенно в то время, когда он вступил на путь высокого тариката ходжей, <да освятит Аллах их души>, его высокие помыслы постоянно были направлены на то, чтобы наилучшим образом осуществилось то, в чем виделось счастье. Он всегда готов был заняться этим по любому поводу, в том числе и священной войной, самым главным столпом из столпов ислама и ближайшим путем к сближению со всеведующим Господом, поэтому в конце 938 (лето 1532) года он отправился на священную войну в Тибет.
Так как нить повестовання дошла до этого места, то следует описать местоположение и территорию Тибета, потому что Тибет расположен в таком месте, куда могут добраться немногие люди. Из-за трудности тибетской дороги во всех отношениях, как из-за гор и полных опасности холодных перевалов, так и из-за недостатка воды, фуража и дров, а также из-за грабителей, которые считают разбой обычным делом, никто из путешественников не добирался туда и не мог узнать, каково там положение. По этой причине в таких известных книгах, как “Му'джам ал-булдан”[1035], “Джам-и гитинамай”, “Мулхакат-и Сурах” и других Тибет не описан подобно другим областям и [их авторы] представляли Тибет как один /
Земля Тибета вытянута в длину. [Расстояние] от Рикан Банда[1036], что означает “промежуток между севером и западом”, в сторону Бакани, что означает “промежуток между югом и востоком”, составляет восьмимесячный путь. Ширина его — не более одного месяца и не менее десяти дней [пути]. Граница его со стороны Рикан Банда подходит к Балуру, описание которого изложено [выше], а со стороны Бакани заканчивается на Хочжоу[1037] и Саларе[1038], которые относятся к Канджанфу[1039] Китая.
Как прежде упоминалось при описании гор Моголистана и Кашгара, главная гора Моголистана, от которой ответвляются все остальные, идет с северной стороны Кашгара на запад и тянется по югу Кашгара. Уже писалось также о том, что вилайат Фергана находится к западу от Кашгара, и эта гора находится между ними, а то, что лежит между Кашгаром и Ферганой, называется Алаем.
