Когда победоносное знамя [Сахибкирана] благополучно прошло через Сайрам[179] и Йанги[180], то благодаря любви, которую его величество питал к славному семейству его светлости [Мухаммада], <да благословит его Аллах и приветствует>, а также благодаря чуду, выраженному в изречении: <Победа с устрашением>, прогулка его величества по городу оказалась счастливой, и войско противника от одного только слуха о нем бежало. Его величество Сахибкиран с многочисленным войском шел за противником до местности Санкиз Йагач, и победоносное войско захватило много пленных и бесчисленное [количество] добычи; победное знамя [Сахибкирана] с несметной добычей вернулось под защитой Творца. В местности Адун Кузи[181] эмир Муса и Зинда Чашм, несмотря на прежние милости и дары, которыми не раз одаривал их его величество Сахибкиран, вновь затеяли смуту и козни. Договорившись с сыном Хизра Йасури Абу Исхаком, они поклялись друг другу, что как только его величество прибудет в местность Карасман, они хитростью схватят его во время охоты. Однако разум посмеялся над ними — стихи:
Ханзада Абу-л-Ма'ани Термизи и Шайх Абу-л-Лайс Самарканди, которые до этого заключили между собой договор о противодействии его величеству, вступили в союз с ними. Кто-то узнал об этом и начертал пером на скрижалях лучезарного сердца его величества. Был издан подлежащий исполнению приказ на их поимку. Всех их, поставив на колени, допросили, и их измена была доказана.
Поскольку великая госпожа Сарай Мулк ханим была племянницей [по сестре] эмира Мусы, и покрытая покровом чистоты и величия Ага беги была помолвлена с его сыном, то его величество Сахибкиран сказал ему: “Хотя ты совершил преступление, но поскольку между мной и вами имеется [родственная] связь, то я его перечеркнул и простил — стихи: /
Ханзаде он сказал: “Поскольку твоя родословная примыкает к семье пророка, <да благословит и приветствует Аллах его и весь его род>, то ни в коем случае не позволю, чтобы прах вреда осел на подол твоей жизни, и [поскольку] ты не оставишь своеволия, то будет лучше, если ты уедешь из этого вилайата, а Шайху Абу-л-Лайсу он повелел уехать в Хиджаз. Так как сын Хизра Йасури был братом жены эмира Сайфаддина, то благодаря его заступничеству и просьбе тот избавился от той опасности, и следы его преступлений были смыты прозрачной водой царского милосердия.
Был издан обязательный к исполнению указ — арестовать Зинда Чашма и доставить его в Самарканд. Его схватили в собрании, преградив путь к выходу так, что — стихи:
ибо не секрет для проницательного ума, который развязывает тугой узел и указывает верный путь, что держать змею в кармане и предполагать врага другом — очень неблагоразумно, — стихи:
Когда его величество Сахибкиран вернулся в свою резиденцию [Самарканд], то правление в Шибургане[182] и место Зинда Чашма он отдал Байан Тимуру, отцу Ак Буги — стихи:
В четверг в первый день месяца ша'бана 776 (5 января 1375) года его величество Сахибкиран, собрав победоносное войско, при поддержке Господа двух миров отправился в Джете, т. е. в Моголистан. Когда Рабат-и Катаган[183] стал местом пребывания августейшего присутствия, солнце /
