-Третий, что ли?! – Усмехнулся Элиас.
-Нет. – Отмахнулся граф. – Когда Джоэл и Мирия взаимодействовали, их способности раскрывались просто невероятнейшим образом. Между Джоэлом и Мэлвином такого нет. Но есть что-то другое…
Морис замолчал, наткнувшись на скептическую улыбку Дельфина.
-Может, настало время вернуть Мирию? – С напором проговорил он. – И все встанет на свои места? Пусть уж Аднер везде с ней таскается, а не со своим «вымышленным приятелем» … Чего мы ждем, Морис? Ее едва не убили, Правитель даже не в состоянии защитить девчонку! Давай не будем ждать следующего раза, когда ее вновь будут пытаться убить, калечить, насиловать… Давай вернем ее домой! Ее место здесь, рядом с тобой. Решайся, Морис…
И он замолчал, испытывающе глядя в пылающие неоном глаза графа Анедо. Морис замер в необъяснимом прозрении: Элиас не требовал, не угрожал, даже не просил. Он умолял…
-Морис… - Слабый голос, донесшийся с кровати, привлек внимание обоих, но Элиас отреагировал быстрее.
Он бросился на графа, пытаясь закрыть его собой, и…
Тишина растворилась в черноте, и мир ненадолго исчез.
Мир грез. Мир иллюзий… Так называл его граф Анедо. Он не существовал вне нашего сознания, но был реален по ту сторону реальности. Мы создавали этот мир лишь в своем воображении, даже не мы – наш мозг, чертил, конструировал, строил все то, во что потом погружал нас как в клетку – защита и ловушка одновременно.
«Персональный ад» … Майкл Тайлер не шутил, произнося эти слова. Для каждого из нас существует то, во что мы верим, верим – потому что боимся. И кем бы мы были без наших страхов?
Я коснулся каменной скалы, что так часто являлась мне не в лучшие времена моей жизни. Камень был холодным на ощупь, гладким, с небольшими выбоинами. Я провел ладонью по всей поверхности – это было настоящим тактильным ощущением. Под ногами хрустело мелкое каменное крошево.
Та же пропасть, уходившая в туман… Все, кроме страха и полнейшего неведения – кто я? Где я? Я полностью контролировал себя и знал, что могу уйти отсюда в любой момент.
Мэлвин стоял за моей спиной – такой же настоящий, как и всё вокруг. Под его пристальным взглядом я часто чувствовал себя препаратом какого-нибудь жука под микроскопом ученого, но он был и проводником – я физически не мог определить, где кончается одно и начинается другое «пристанище», на этих границах легко было потеряться.
Это сложно объяснить – маленькие миры не имели определенных пределов в прямом смысле слова, они существовали все и сразу, в одной плоскости, но сами по себе.
Мэлвину легче было сориентироваться здесь, он был частью этого мира, я – нет. И мне приходилось доверять ему, чтобы иметь возможность в более глубоком изучении и познании местной реальности, и пока что он не отказывал.
-Интересно, откуда это? – Спросил он непринужденно. – Скалы, пропасть… Ты часто падал в детстве?
-Не больше, чем остальные. – Отмахнулся я. И, правда, почему именно эта картинка стала основной?
Серость и тишина моего «пристанища» нагоняли тоску, балансирующую с ощущением покоя. Я не знал, хорошо мне здесь или плохо, но это уже было частью меня, хорошей или плохой, но моей.
Мэлвин не торопил меня, ему некуда было спешить и время не имело более для него никакого значения. Я еще какое-то время постоял здесь, но потом внезапно и для себя самого помыслил вслух:
-Я хочу увидеть «пристанище» Мирии…
Глаза Мэлвина скользнули по мне, как лезвие ножа по горлу.
-Почему именно ее? Нет, я понимаю, вы диады, но, кажется, Морис будет не в восторге…
-Я хочу кое-что проверить. – Перебил его я. – Если «пристанища» - это часть нашего сознания, тогда я могу коснуться сознания Мирии, и…
-И что ты собираешься с этим сделать? – Ответ Мэлвина был резок. – Это не шутка, я и сам до конца еще не разобрался, как это работает…
-Пожалуйста…
-Нет. Мне не нужны проблемы с Морисом.
Он давно был мертв, и все же я увидел в его глазах тот животный страх, и это породило во мне вспышку гнева. Я почувствовал, как мои руки тяжелеют, наливаясь энергией, Силой, а глаза вновь застилает невероятно темная, густая пелена и желание обрушить на этого человека весь купол мира, дабы похоронить его окончательно.
Он закричал, сообразив, что я намереваюсь сделать, но в тот же миг я понял, что кричит не он, Элиас, и гнев мой в секунду иссяк, замещенный страхом, осознанием того, что я вновь слетел с катушек.
-Какого черта, Аднер?! – Морис лежал на полу, и Эл навис над ним, закрывая графа собственным телом. – Господи, да что с твоими глазами?!
Я бросился к ним, пытаясь понять, насколько серьезен ущерб, но Элиас боялся подпускать меня к Морису, защищаясь рукой, вытянутой мне на встречу и в глазах его пылал самый настоящий страх. Да что же это такое – Эл – боится???
-Все нормально, я в себе. – Примирительно прошептал я, глядя на обоих. – Морис, как ты?
Они поднялись с пола, переглядываясь – ни электричества, ни неона… Это было чертовски неприятно.
-Аднер!!! – Взвыл Элиас. – Что ты наделал?!!!!!!
-Я не нарочно… Морис…
