Когда все разошлись, он попытался заговорить с девушкой, утешить её, успокоить, но Джонс легонько толкнул его в сторону, вопросительно разведя руки в сторону.
-Послушай, ты съел чего-то не того, или что?! Что ты тут устраиваешь? Утром ты залез в камеру к девчонке… ладно, обошлось. Сейчас вот… Да, Роулис вел себя как последняя сволочь, но от тебя-то точно никто ВОТ ТАКОГО не ожидал.
Тери смотрел на него пристально, исподлобья. Джонс – вот уж кто был всегда рядом, понимал его как никто другой и даже когда не понимал, всегда был на его стороне. Как сказать ему, как объяснить…
-Я не знаю. Честно, Джонс, я не знаю. Со мной что-то не так. Я хочу туда, - он указал рукой на камеру, - к ней, к этой Златовласке, и ничего не могу с собой поделать. Тянет и всё. И плевать мне и на Блэкбара, и на Роулиса, и на Легитерию… Хочу к ней… Взять бы сейчас челнок и укатить с ней подальше ото всех, вот чего я сейчас хочу.
Стелл долго и без улыбки смотрел на друга, потом громко рассмеялся и философски изрёк:
-Да ты наконец-то втюрился, дружище!!!...Нет, слышали?! Тери втюрился!!!
-Что ты так орёшь?! – Одернул тот друга.
-Это же историческое событие! Парни! Тери втюрился!!!
Он завопил так громко, чтобы никто не остался обделён этой новостью. Тери шумно выдохнул. Ну вот, поговорил с другом. Теперь вся Легитерия будет мыть ему и без того тщательно перемытые кости. Плевать.
Он вернулся к камере.
-Как ты? Эти ублюдки сильно доставали?
Мирия поднялась с места, подошла к решетке. У Льюиса перехватило дыхание, сердце, успокоившееся после недавней схватки, вновь заколотилось так, что в ушах отдавалось. Её изумрудные глаза прямо-таки впились в его карие агаты, и он почти перестал дышать.
-Помоги мне. – Прошептала она. – Тери, помоги мне, я не смогу здесь, я не могу…
Если бы не решётка, он бы бросился к ней, прижал бы её к себе и целовал, пока губы не покрылись мозолями, и сделал бы всё, что она просила… Но пока что он был по другую сторону… он знал, что ни за что на свете не отпустит её по доброй воле.
-Прости. – Так же шёпотом ответил он. - Это не в моих силах.
Мирия еще раз заглянув Тери в самую душу, горько усмехнулась. Она отдалилась от него, молча вернувшись на свою постель. Он ушел к своим, так и не дождавшись больше ни слова.
Весь оставшийся день Тери был хмур и ни с кем не разговаривал, однако никто и не стремился к общению с ним. Блэкбар, вызвав его к себе, дал понять, что ему известно о случившемся инциденте, и посоветовал, пока по-дружески, держаться от девушки подальше.
Льюис молча выслушал совет, угрюмо удалился и стал с нетерпением ждать приближения ночи. Когда двенадцатый легит дружно захрапел, он поднялся и растолкал сонного Джонса.
-Что тебе, Льюис? – Подкрепляя данный вопрос словечками покрепче, выругался тот.
-Тихо. – Шёпотом ответил тот. – Выручай.
Матерясь полушёпотом, Стелл побрел за другом в камерный отсек.
-Идиот. – То и дело приговаривал он. – Дурак. Дебил. Полный идиот.
Но Льюис не обижался. Его глаза горели, и вся его сущность жаждала новой встречи с девушкой.
-Пол часа, Джонси, пол часа…
-А ты не думаешь, что и ей нужно поспать, а? Эгоист проклятый…
Но тот не думал. Он шёл упрямо к своей цели.
-Жди здесь. – Тери обозначил место и указал его Джонсу.
-Конечно. Иди. Герой-любовник…
Мирия почти не спала здесь, в этой камере, находясь под прессом страха и отчаяния. Она думала о Морисе, Джоэле, неизвестно, живом или мёртвом, и о том, что вероятно никто не знает, где она и куда хотят её доставить, а значит, помощи от своих ждать не приходилось.
И что пугало её больше прочего, пугало тем, что незначительность этого события в лице леттера Тери Льюиса, не должна была вовсе касаться её раздумий, занимала огромную часть мыслей девушки, страшила и завораживала.
Поначалу она хотела попросту игнорировать его, не отвечать ни словом, ни взглядом, но его настойчивость вызвала в ней интерес. К тому же он был божественно красив и обаятелен, ну просто принц из её детских грез, темноволосый, кареглазый, благородный защитник попавших к злым чудовищам принцесс.
И её не смущало то обстоятельство, что он сам был одним из этих чудовищ, да ещё и не выше рангом некоторых из них. И спасать её, похоже, не собирался, а впереди была только неизвестность в лице планеты чудовищ… Её родной планеты.
Мирия пыталась не думать о Тери вообще. Это не получалось. К тому же он смотрел на неё так, что мурашки бежали по коже и потаенный страх и желание соединялись где-то в животе, рассыпаясь искрами ожидания, чего-то более осязаемого…
Задремав, ей почудилось, что незнакомые губы коснулись её губ, сначала нежно, потом более настойчиво, страстно; и её тянуло к ним, она ответила с той же страстью, и поцелуй, порожденный нежностью, перерос в такой порыв чувств и желания, что стал ощутим…
Она распахнула глаза и с силой попыталась оттолкнуть его, испугавшись не на шутку.
