— Хорошо. Я расскажу тебе всё, что знаю сам. Помимо всего прочего, новый облик Тёмного Лорда защищает его от убивающего проклятья. Если в него им попадёт кто-то другой, Лорду удастся избежать гибели — он лишь развоплотится, потому что тело будет повреждено. А тебе прекрасно известно, какой ценой ему удалось обрести плоть пять лет назад. Однако рано или поздно он снова вернётся. И с учётом нынешних обстоятельств, скорее, рано.
— А если убивающее проклятие пошлю я?
— Согласно Пророчеству, он погибнет.
— Так. Хорошо, — Гарри напряжённо кусает губу. — А другие заклятия? Раньше они не причиняли ему вреда.
— Новое тело уязвимо. Теперь заклинания подействуют, но смертельных ран не будет.
— Получается, что без палочки у меня ничего не выйдёт, — подводит Гарри неутешительный итог.
— Боюсь, что да.
— И это всё, что вы можете мне сообщить?
— Всё, что тебе нужно знать, — поправляет Снейп.
Весь запал моментально исчезает. Гарри горбится на неудобном табурете, упираясь локтями в колени. Теперь уже точно пора оставить инфантильные надежды на то, что всё получится относительно просто. Без палочки ничего не удастся. Значит, нужно её где-то достать. Где? Уцелевшие после пожара палочки наверняка уже давно лежат на прилавках магазина. Украсть чью-то? Гарри качает головой в ответ на собственные мысли. Может, нужно было воспользоваться ситуацией, когда малфоевская палочка оказалась у него в руках? Просто взять её, вернуться в зал и…
— Поттер, — негромкий голос над головой заставляет Гарри выпрямиться и посмотреть на Снейпа, который, оказывается, уже успел незаметно приблизиться и встать рядом. — Если ты думаешь, где бы достать палочку, то ты заботишься не о том.
— А о чём мне нужно думать? Вы же сами сказали…
— Палочка — всего лишь инструмент, кусок дерева! Важно то, что творится здесь, — Снейп легко касается своего виска указательным пальцем.
— И что же там должно твориться?
— Ты должен действительно хотеть убить. Иначе, даже если в твоих руках окажется палочка, не выйдет ничего, кроме красивого зелёного фейерверка и окончательного провала.
Эти слова, к тому же, сказанные таким тоном, почему-то моментально выводят Гарри из себя. Он вскакивает на ноги, оказываясь нос к носу со Снейпом, и практически цедит сквозь плотно сжатые зубы:
— А вы думаете, я не хочу убить ублюдка, который не только лишил меня семьи, но и превратил всю мою жизнь в сплошной ад?!
— Не стоит так драматизировать, Поттер, — уже с привычной издёвкой отвечает Снейп, отступая от него.
— В таком случае, не стоит мне рассказывать, что должно твориться у меня в голове, — выплёвывает Гарри и срывается с места, чтобы как можно скорее покинуть кабинет зельевара.
В конце концов, всё, что хотел, он узнал. Снейпу больше нечем ему помочь.
***
…Гарри, сломя голову, несётся по каким-то пустынным коридорам и лестницам, перепрыгивая через две ступеньки. Толкает одну дверь, другую — каждая комната темнее предыдущей. Наконец где-то вдали виднеется почему-то красная дверь, и Гарри со всех ног бросается к ней. Дверь долго не хочет открываться, ручку заклинило. Или, может, просто она заперта? Гарри отчаянно шепчет что-то продолговатой железяке, и дверь наконец поддаётся. Он врывается в комнату, бросается к куче коробок, сваленных в плохо освещённом углу, роется, вываливает на пол сложенные в них вещи. Какие-то грязные серые простыни, старые детские башмаки, огрызки книжных страниц… Гарри что-то лихорадочно ищет, но сам не знает, что именно. Третья коробка, пятая, десятая… Из коридора доносятся резкий женский голос, глухие шаги… Ещё одна коробка. Что же он ищет? Он вскрикивает от боли, просунув руку под очередную кучу белья. На указательном пальце кровь, а под вещами обнаруживается отломанный кончик ножа для бумаги. Гарри чертыхается. Шаги за дверью всё громче, кто-то дёргает ручку и стучит в дверь. Теперь что-то кричат уже несколько голосов. Ну где же? Где?.. Дверь распахивается в тот момент, когда Гарри распрямляется с победоносной улыбкой на лице. Нашёл! Это огрызок светлой восковой свечи. Он едва успевает сунуть её в карман брюк, прежде чем на его плече смыкаются жёсткие крепкие пальцы. Гарри поднимает голову и с отвращением и страхом смотрит на склонившуюся над ним женщину. Черты её лица едва различимы, зато чётко видны тонкие неаккуратно накрашенные отвратительно алой помадой губы. Губы шевелятся, и до слуха долетает вовсе не женский голос:
— Эй, эфенди, ты там сдох что ли?..
Гарри резко распахивает глаза и рывком садится на кровати, полностью выныривая из напряжённого мутного сна. Он дышит, как загнанный зверь, как будто только что на самом деле бегал по огромному мрачному дому в поисках чёрт-те чего. Гарри весь мокрый от пота, и шёлковая пижама прилипла к коже, как будто та вымазана мёдом. Он старается дышать глубоко и прикладывает руку к груди, из которой уже готово выскочить бешено стучащее сердце. Давно у него не было таких реальных снов, очень давно…
