Пульс ревел так сильно, что закладывало уши. Судорожно втянув воздух полной грудью, Юля повлажневшим взглядом уставилась на Марата.
Хотелось столько всего сказать ему, но эмоции мешали. Душили.
Да и присутствие брата смущало не меньше. Однако, поддавшись порыву, Попова еще крепче вцепилась в мужскую ладонь, покоящуюся на ее бедре.
А после она поднесла ее к своему лицу. К губам. Прильнула щекой.
— Я жалею, — обронила тихо, — что не знала тебя раньше! Если бы можно было повернуть время вспять… я уехала бы с тобой… в день нашего знакомства!
В глубине его глаз вспыхнуло адское пламя. Мужчина хищно оскалился.
— Не переживай! — успокоил хрипло. — Все упущенное мы наверстаем!
Спустя добрых сорок минут они добрались до их дома. Простенького. Деревенского. Огороженного частым штакетником, который Юля еще в конце лета выкрасила в темно-синий цвет. Остановив автомобиль у самой калитки, Марат шустро выбрался наружу, дабы помочь Косте покинуть салон без происшествий. Забрав сумочку и цветы, Юля последовала его примеру. Вскоре все трое медленно и осторожно вышагивали по узкой асфальтированной дорожке прямо к дому. Поджав поврежденную ногу, Костя, опираясь на Марата, передвигался прыжками на здоровой.
Юля терпеливо плелась следом. Очевидно, увидев их в окно, на улицу выскочила мама, забыв даже накинуть хоть что-то теплое поверх своего легонького праздничного платья.
— Господи! — воскликнула она, хватаясь за сердце. — Да… что же это, сынок? Ой, мамочки рОдные! Дети! Что случилось?
— Шел. Упал. Очнулся — гипс! — крайне задорно отрапортовал Костя.
— Какой еще… гипс? — побледнела мама.
— Да шутит он! Обычный ушиб! — Юля обогнала мужчин и кинулась в ее теплые объятия. — С днем рождения, мамочка!
— Спасибо, дочка. Спасибо! И все же, милая… что произошло?
Вручив букет, девушка поспешила представить ей своего гостя.
— Мам, знакомься — Марат Евгеньевич, — решила начать издалека. — Он мой… профессор в институте. А это наша мама — Наталья Васильевна.
До крыльца оставалось менее двух метров. Заметив данный факт, Костя отлепился от Марата и запрыгал самостоятельно в сторону дома.
— Ну-ну! Профессор! — пробурчал он, хватаясь за входную дверь. — Не верь! Встречаются они!
Мама испуганно ойкнула, чудом не выронив букет из дрогнувших рук.
— В ка…ком смысле? Юля! О чем буробит твой брат?
— Мамуль… только не волнуйся!
— Это правда?
— Да!
— Юля!
— Я…
— Простите! — строгий взгляд на Марата. — Но… сколько вам лет?
— Мам, ну при чем тут…
— Мне тридцать два, — невозмутимый ответ.
— Ско… ой!
— Пройдемте в дом, Наталья Васильевна! — с ледяным спокойствием предложил Каримов. — На улице слишком холодно, а вы одеты не по погоде. К тому же мне необходимо переговорить с вами с глазу на глаз!
Мама обмахнула себя ладонями. Судя по всему, ее кинуло в жар при мысли, что избранник дочери младше нее всего на каких-то восемь лет.
Тем не менее она предельно вежливо произнесла:
— Да! Пожалуй, у нас действительно есть такая необходимость! Проходите!
— Ах ты, зараза такая! — Юля от души молотила брата подушкой по спине. По голове. По плечам. Мама уединилась с Маратом в зале, плотно прикрыв за собой дверь. А она вломилась в спальню к этому предателю и вершила справедливое возмездие. Костя громко хохотал, но увернуться даже не пытался. Правда, прикрывал рукой поврежденное колено, чтобы Юля случайно не заехала мягким снарядом прямо по нему.
— Аккуратнее! — бубнил сквозь смех. — Да аккуратнее же ты! Ну!
— Говнюк! — обиженно фыркнула девушка, когда выдохлась окончательно. — Тебя кто за язык тянул, а?
Неопределенно пожав плечами, Костя удобно устроился на разложенном диване, застеленном мягким цветастым пледом. Поймав ее за запястье, он вынудил Юлю распластаться рядом. Девушка повиновалась и уже секунду спустя, положив голову на плечо брату, вместе с ним сверлила потолок потерянным взглядом. Он задумчиво перебирал пальцами ее волосы.
— Не злись, — произнес наконец, — ты все равно собиралась рассказать ей!
— Но не так же! Я планировала сделать это… сама! И… чуточку мягче!
— Да брось. Итог-то один.
На сей раз Юля вынуждена была согласиться.
Тяжко вздохнув, она замолчала. В воцарившейся тишине из зала до них доносились приглушенные голоса матери и Марата. Они что-то бурно обсуждали. Что именно? Одному богу известно. Слов было не разобрать.
Но… хотя бы не кричали. И эта малость давала хоть какую-то надежду на положительный исход их… непростой беседы.
— Юль?
— Даже не разговаривай со мной! — она обиженно пихнула его локтем в бок.
Малой заулыбался. А потом произнес заговорщицки:
— Почему? Может, я хочу дать тебе отличный братский совет!
— Какой еще совет?
— Делай это чаще!
— Что именно?
— Спи с ним чаще. Максимально часто. И желательно без защиты.
От неожиданности Юля поперхнулась собственной слюной и громко закашлялась под его же звонкий смех. Отдышавшись, она прохрипела:
— Ты… прикалываешься, что ли?
— Я серьезен, как никогда! — решительно возразил брат. — Он у тебя крутой. Очень крутой. Хотел бы я именно такого отца своим будущим племянникам!
