– Мой господин, припомните недавние события в Голконде! Человек, так смело рисковавший всем, чтобы захватить королевство, едва ли способен жить и умереть дервишем, – продолжал Шах-Аббас. – Ауренгзеб хитер и лицемерен!
– Он мой брат и любит меня!
– Он очень коварен, и ему нельзя доверять! И вы ни под каким видом не должны навещать его в его палатке.
– Почему?
– Потому что у него большая охрана, и это опасно. А если вы скажетесь больным, то Ауренгзеб непременно навестит вас и по обыкновению приведёт с собой немного народу. А это безопаснее, чем лезть в его логово.
– Ты очень подозрителен, Шах-Аббас.
– Шах-Аббас говорит дело, – поддержал евнуха второй друг. – Прислушайся, Морад-Бакш к нашим советам!
– Я обещал брату отужинать вместе с ним по поводу нашей дружбы, и я сдержу своё императорское слово!
Вокруг палатки Ауренгзеба и по дороге, где должен был проехать Морад-Бакш, стоял караул с факелами в руках.
Морад-Бакш и его несколько друзей спешились. Конюхи, взяв коней под уздцы, увели их к коновязи, а небольшая охрана Морад-Бакша расположилась вместе с охраной Ауренгзеба около входа в палатку.
Навстречу вышел сам Ауренгзеб в сопровождении своих военачальников и обнял брата.
– Здравствуй, брат мой! Здравствуй, мой повелитель! Я несказанно рад снова видеть вас, мой император.
Все зашли в палатку.
– Позвольте, мой господин, стереть пыль с вашего лица, – Ауренгзеб вынул из кармана батистовый платок и заботливо обтёр лицо младшего брата.
На низком столе слуги расставляли ужин. Все расселись на толстых коврах вокруг стола. Слуги услужливо подтолкнули валики, обтянутые китайским шёлком, под локти гостям. Приступили к ужину. Постепенно беседа оживилась. Говорили все разом, и о разных вещах: о предстоящем походе, о лошадях, о наложницах. Под конец ужина принесли большую бутылку превосходного ширазского вина и несколько бутылок кабульского вина, чтобы начать пьянство.
Ауренгзеб держался серьезно и прикидывался ревностным магометанином, исполняющим закон.
– Позвольте, мой император, мне удалиться, – сказал Ауренгзеб, вставая. – Мне не подобает пить вино. А вы, мой повелитель, оставайтесь с Минканом и моими командирами и веселитесь от души. Мне же позвольте уйти на покой.
Ауренгзеб низко поклонился Морад-Бакшу.
– Да, брат мой, ты всегда был истинным магометанином, ревностно исполняющим все законы. Ты у себя дома, поэтому делай так, как угодно тебе, – сказал младший брат.
Ауренгзеб ещё раз низко поклонился и тихо вышел из шатра. Когда он ушёл, слуги стали разливать вино в чаши.
– Выпьем за нашу дружбу с братом и за победу над Дарой! – сказал Морад-Бакш и поднял чашу с вином.
– За императора! За императора! – закричали командиры, поднимая свои чаши.
И началось веселье.
Морад-Бакш любил выпить, и ему понравилось вино, которое предоставил ему Ауренгзеб. Поэтому пил он без меры и вскоре уснул.
Минкан, который пил мало, поднялся и сказал:
– Уйдём, не будем мешать императору, ему надо выспаться.
Командиры поднялись и один за другим вышли из палатки.
– А вы, – обратился Минкан к слугам Морад-Бакша, – отправляйтесь к себе, вы здесь не нужны, здесь император под надёжной охраной и о нём позаботятся.
После того, как слуги вышли, Минкан нагнулся и вытащил у Морад-Бакша саблю и кинжал.
Откинулся полог, и в комнату, где недавно проходило бурное застолье, вошёл Ауренгзеб со своими командирами. Он подошёл к Морад-Бакшу и стал грубо толкать его ногой, пока тот не открыл глаза.
– Что это такое? Какой стыд и позор! – сказал Ауренгзеб. – Государь не имеет достаточной выдержки и так напивается! Что скажут подданные о таком императоре? Нет! Ты не имеешь права называться императором! Ты опозорил себя!
Морад-Бакш дико вращая глазами, хватаясь за ножны в поисках сабли, пытался подняться.
Ауренгзеб изо всех сил толкнул его ногой лицом вниз.
– Уберите этого пьяницу! Он больше не император! – с презрением сказал он тоном, не терпящим возражений.
Подбежала охрана и, схватив Морад-Бакша за руки, волоком потащила его из шатра.
Морад-Бакш не отрываясь, смотрел на Ауренгзеба. Тот не отвёл глаз и смотрел на брата жёстким взглядом воина, а не святоши.
Россия ХХ век
– А что стало с Дарой и Султан-Суджей? – спросил Валентин.
– Увы, их ожидала такая же печальная участь. Суджа погиб в бою. Старшего брата Дару предали его сторонники и привезли к Ауренгзебу. Тот провёз его в простой рубахе на грязном старом и жалком слоне с рваной попоной через весь город. Потом он казнил его как еретика, как человека, не имеющего религии. Удивительно, но Ауренгзебу всегда везло, как будто Судьба шла ему навстречу.
1658 год
Ауренгзеб сидел на Павлиньем троне, где когда-то восседал его отец Шах-Джехан.
– Государь, – низко склонился перед ним дежурный эмир. – Пленённого Дару и его внука Сепе-Шеку привезли на слоне к воротам Дели. Как прикажете с ними поступить, государь?
Ауренгзеб задумался, глядя куда-то вдаль.
