Александр Морозов».
Назывался текст этот давний, помню, – «Радуга над землей».
Вечереет. Нет в небе радуги. Но звезда моя – всюду со мной.
Не осталась игра игрой, как бывало еще вчера – за Святою встают горой неоправданные ветра. То-то будет еще клонить седину на холмах полынь – только некого нам винить, если чувствуем лунь да стынь. Придорожный хохлатый куст запыленным тряхнет вихром – да тревожный взметнется хруст вслед за птичьим крутым пером. И кому мне сказать о том, что я вижу вон там, вдали, на откосе застыв пустом киммерийской сухой земли?
…Слово, ставшее делом. Работой.
Каждодневной и сложной. Всегдашней.
Многолетней и непреложной.
Долговечной. Живучей. Родной.
