Ответное письмо Агафьи дошло до меня только в конце декабря, как своеобразный подарок к Новому году и Рождеству Христову.
Читателям, которые затрудняются в прочтении текста на старославянском языке, привожу его в моем переводе с некоторыми изменениями орфографии и знаков препинания.
Господи Йисусе Христе сыне Божий помилуй нас. Аминь. С ниским поклоном Агафья Карповна Игорю Павловичу Назарову и всем вашим супруге твоей Тамаре, Светлане, Валерие и внучкам. Желаю от Господа Бога добраго здравия на ипаче всего душевнаго спасения, благополучия.
Собща о себе. Пока слава Богу вживых, здорове и силы ослабела. На Горячеи ключь нету возможности уже десятой год, спина сильно болеть стала. Нонче болева я кашлем сильным и загриппова и спина заболева и ребра, все болезни врась открылись. Одна и козы надо кормить, поить и воды нидоступно было. Себе я снег таива. Козы-то нонче молока нету от них. Писать времени нету.
Нонче зима была морозна и безснежна, реки наледями вышли из берегов, острова затопива, льдом Еринат вымерзав, воду с дальнай речьке приходивась брать. Вопрос о родственниках Онисим и Анисья Парамоновна отошли от сего света, Анна боле ни приежижавь, сын у ней умер, более у ней детей нету. Сюда Федора онисимова дочь приежжава и Петро Ефимович Рагалев приежать с Таштагола, с Килинска ни приежают. С Урала Георгия привезли, Андрей расскажет про него. Я сей час с Андреем копам землю, картошку садим, на рыбалку ходим, от медведя охранять, дай скоро приплывут за ним.
Игорь Павлович я всегда вспоминаю о вас и хотевась бы еще повидатса с вами. Годы идут. Здоровья с годами тоже уходит, также и силы уходят. Кончаю писать, всего вам добраго, досвидания. 13 мая от Адама лета семь тысящь пять сот двадсатой, от рождества Христова две тыщи двадсатой.
Думаю, что из письма Агафьи ясно как ей приходится тяжело в жизни и борьбе с тяготами существования и нездоровьем. Как всегда, её послание открывается самыми добрыми пожеланиями всей моей семье. В её памяти, как компьютере, четко сохраняются все имена и даты. Ведь она за многие годы житья в изоляции, и пройдя тяжкие испытания, ни разу не ошиблась в летоисчислении. Это был бы тяжкий грех — не соблюсти четкий регламент чтения предписанных ежедневных молитв и церковных праздников.
Как всегда, Агафье особенно тяжко приходится зимой, когда обостряются её болезни суставов и позвоночника, а тут ещё «козы надо кормить, поить и воды нидоступно было, Нонче зима была морозна и безснежна, реки наледями вышли из берегов, острова затопива, льдом Еринат вымерзав, воду с дальнай речьке приходивась брать». Это только представить надо, как человеку, скованному жестокими болями в спине и суставах, по глубокому снегу и льду приходилось таскать воду для коз, к тому же «нонче молока нету от них». А проблема кормления коз? Легко сделать «доброе» дело — привезти коз и оповестить об этом весь мир. А каким тяжким бременем это ложится на многострадальную Агашу!
Ещё одна проблема насторожила меня. Агафья пишет: «Себе я снег таива». Дело в том, что в талой воде практически нет калия, так необходимого для нормальной работы сердца. Неслучайно однажды, навестив Агафью в конце зимы, мы обнаружили у неё серьезные нарушения ритма сердца. Тем более что длительный безкалиевый питьевой режим проходит на фоне перенесенного Агафьей клещевого боррелиоза (доказано лабораторно), поражающего сердце, суставы и позвоночник.
