Утро началось, как обычно, с зарядки. Однако сегодня она явно не на пользу. Присел и замираю от сильной боли в спине. Старая история — радикулит. С каждым часом боль нарастает. Тороплю Льва Степановича со сборами в дорогу. Не исключено, что к вечеру я не смогу двинуться, так уже было весной. Сложил рюкзак — оказался полный. Как пойду? Страшно подумать! Пока Лев Степанович и Николай Петрович собирают палатки и спальники (я уже нагнуться не могу), я веду беседу с Карпом Осиповичем и Агашей. Агаша одаривает нас орехами, шишками, просит взять картошку. Карп Осипович расспрашивает, есть ли у меня семья и говорит: «Поклон им низкий передай». Агаша на прощанье передает Эльвире Викторовне и мне бумажку, на которой красным фломастером написано: «Господи Иесусе Христе сын божий, помилуй мя грешного». Вероятно, Агаша полагает, что эта бумажка с молитвенными словами сбережет нас от многих неприятностей.
Конечно, мы говорим ей искреннее спасибо. Видно, что она переживает, жаль ей расставаться с нами. Карп Осипович и Агаша заготавливают для нас посохи в дорогу. При этом дед приговаривает: «Христианину нужно бороду, крест, лопатину длинную под поясом и посох». Агаша плетет из конопли веревки, а Карп Осипович чинит ими лямки, чтобы навьючить Николая Петровича. Наконец, все собрано. Обмениваемся последними фразами. Николай Петрович незаметно из-за угла избы фотографирует Карпа Осиповича, беседующего со мной. Едва слышен щелчок фотоаппарата, но Карп Осипович это сразу улавливает (вот тебе и плохо слышит!). Мгновенно лицо напряженное, взгляд, брошенный на Николая Петровича, пронизывающий. Но фотоаппарат уже спрятан и мы успокаиваем деда. Кстати, в письме, написанном родственникам, Агафья называет отца не Осипович, а Иосифович — новая загадка!
Все готово. Прощаемся. Слышим предложение еще приезжать и слова: «Спаси вас Господь!» Карп Осипович и Агаша провожают нас до спуска с горы. Оглядываюсь и вижу на пригорке две фигурки, стоящие рядом с наклоненными друг к другу головами, как на старинных фотографиях. До свиданья, добрые люди! Встретимся ли еще?
Спуск вниз очень крутой, скользко на камнях, покрытых мхом. В глазах темнеет от боли в спине. Спуск идет минут 20, но к концу его от напряжения (все приходится делать медленно, щадя спину) трясутся руки и ноги, пот заливает глаза. Дальше путь по тропе вдоль Абакана — по ровной идти легче. Через некоторое время начинается самый трудный для меня участок пути длиной около одного километра. Идет он по крутому склону берега, по камням, по мху, колдобинам, через валежник и коряги, то с подъемами, то со спусками. Местами просто ползу на четвереньках, поднять ноги или прыгнуть не позволяет дикая боль в спине. К концу этого участка выдохся, кажется, до конца. Боль в спине невозможная, а идти ещё часа три. Глотаю очередную дозу анальгина и снова в путь. Дальнейшая дорога просто кошмар. Временами перестаю замечать все вокруг, просто машинально переставляю ноги за впереди идущим, стараюсь не отстать. Очень труден последний участок пути — много поваленных деревьев поперек тропы. А каждая колода такая для меня почти непреодолимое препятствие. Наконец, впереди сквозь деревья мелькает аэродром геологов, а затем и домики Волковского поселка. Навстречу несутся несколько лаек, а впереди всех — наш «пропавший» Каир. Метров за 200 до домиков грянул гром и хлынул ливень. Но промокнуть мы уже не успеваем — спасительная крыша над головой! Теперь отдых! С наслаждением растягиваюсь на кровати, хотя найти безболезненное положение все-таки не удается.
Вечером истопили баню, паримся с наслаждением. Беру пихтовый веник и ожесточенно хлещу по пояснице, но облегчения не наступает. Спим в чистых постелях — как приятно! Только вот по-прежнему спина болит, трудно лежать, трудно повернуться. Утром с трудом встаю, но, кажется, не хуже вчерашнего. Это уже хорошо. Ходить можно.
31 августа. Самолета нет. Сидим у геологов. Делимся впечатлениями. Узнаем у геологов много новых историй, высказываний и даже явных небылиц. Например, есть версия, что у Карпа Осиповича была вторая жена, от которой родились Дмитрий и Агафья. Сейчас якобы жена и сестра Карпа Осиповича живут в Тувинском монастыре. Вторая жена Карпа Осиповича будто бы бросила о нем фразу: «Попользовался он нагайкой!» Кажется, историю эту рассказал геологам и Абазинским знакомым Анатолий Павлович, тот человек со странностями, который жил у Лыковых зиму. Однако этот факт никак не вяжется с годами рождения детей Карпа Осиповича и многими другими фактами.
Со слов Марии Семеновны Шмаковой (поварихи геологов), тот же человек, который жил у Лыковых зимой, говорил: «Провожала меня Агафья до нижней избы. Прошли метров 10, оглянулся, а она исчезла. Испарилась! Святая!» и еще: «Агафью-то я люблю. За руки-то возьму и уведу куда хочу!» Вероятно, это продукция экзальтированного мозга данного «странного» человека, которую он выдает за правду.
