Агаша даже пытается обучить девочек чтению на старославянском языке. Вряд ли еще когда-либо Светлана с такой серьезностью изучала школьные предметы. Дочь с удивлением обнаруживает у Агафьи большие познания, отличную память и проникается к ней уважением. Зовет она ее только по имени отчеству — «Агафья Карповна» и очень сердится на Тамару, когда та обращается к хозяйке по имени — «Агаша!». Одновременно с уважением в сердце дочери закралась и большая жалость к этому несчастному человеку. Неоднократно она подходила ко мне с предложением: «Папа, давай заберем Агашу к нам домой. Ну, давай! Ну, как она здесь одна будет?». Какой же все-таки еще ребенок моя рассудительная и серьезная дочь, которую я уже давно считаю взрослым человеком. Но я очень рад, что она так быстро смогла понять Агашу и что сочувствие и жалость проснулись в ее душе, а также желание помочь.
День был сегодня прекрасный, солнечный, теплый, с легким ветерком и совсем без мошки. Погода летная, над нами пролетал самолет, развернулся над избой, помахал крыльями и улетел. К вечеру похолодало, погода ясная. Сегодня у костра рассказы о медведях. Это нагнало страху на девочек — озираются на окружающую темноту, торопятся уйти в избу — им «захотелось спать».
18 августа. Сегодня собираемся в обратную дорогу. Поднялись рано — в 6 часов. Еще недостаточно рассвело, все кругом серое, вдалеке проступают очертания гор. По каньону Абакана тянет предутренний ветер, над обрывом за избой шумят осины и березы.
Разводим костер, греем чай. В 7 часов поднимаем девочек, которым так не хочется вставать с нагретых лежанок. Сборы. Завтрак. Утро разгорелось солнечное, верхушки гор порозовели, но на Лыковской поляне солнышко будет еще не скоро.
Как всегда, Агаша на дорогу снабжает нас подарками: шишками, репкой, морковкой, свеклой — всем, чем только может. Светлане Агаша пишет «охранительную» молитву, делает это она по собственной инициативе — вероятно, моя дочь пришлась ей по душе и она хочет, чтобы молитва защитила ее от всех напастей. Мы с Вадимом Ивановичем отмечаем у Агаши свои командировки. Правда, в этот раз у меня командировки нет (я в отпуске), но с собой есть предыдущая, декабрьская, которую я раньше не сдал в бухгалтерию, т. к. ездил к Лыковым, как и в предыдущие разы, за свой счет. Агафья старательно, старославянскими буквами, выводит: «Выбыв с севера (так они называют эту избу и место) 10 декабря писала Агафья». Соответствующая отметка появляется и в командировке Вадима Ивановича, только число другое — 18 августа. Кстати, вчера в разговоре с Агафьей выяснилось, что она помнит числа всех наших приездов и отъездов всех экспедиций.
Агафья ходит сегодня как в воду опущенная. Весь ее облик откровенно говорит, что ей очень не хочется с нами расставаться и она боится оставаться одна с больным тятей. Особенно страшит ее предстоящая уборка урожая и страшная зима. Идем прощаться с дедом. Даю последние наставления в отношении ноги, прошу больше двигаться, не залеживаться. Вновь слышу грустно-спокойное: «Увидимся ли? Не знаю». Дед передает всем привет, особенно просит сказать Эльвире Викторовне, что они ждут ее к уборке урожая и рассчитывают, что она с ними останется на зиму. Обещаю Карпу Иосифовичу, что все обязательно передам и, если смогу, то в сентябре приеду сам. Дед благословляет нас, и мы выходим из избы.
Агафья суетится, быстро находит всем посоха и идет провожать нас до спуска. Здесь она останавливается и молча грустно смотрит на нас. Кажется, что она вот-вот разрыдается. Говорим теплые последние слова. Беру ее за плечи и, глядя в ее грустные глаза, говорю: «Береги себя, главное — не болей. Если что — выходи к людям!» Она грустно молчит, прикрывая подбородок темным платком. Мы двинулись вниз, она так и осталась стоять наверху, на границе поля и леса. Некоторое время все идут молча под впечатлением расставания.
А кругом красота солнечного таежного утра. Даже в этой кондовой, заваленной буреломом, горной старой тайге, с камнями и скалами, покрытые сыростью и мхом, стало светлей от снопов солнечного света и веселей — от пения птиц. Мы спускаемся к «щекам». С удовольствием пьем чистую студеную воду из реки. Светлана находит на отмели большущий булыжник с красивыми красками и решает его взять с собой, как сувенир. Вскоре вдалеке слышен гул работающего мотора и через несколько минут лодка причаливает возле нас. Хотя вода в реке несколько спала, решаем загружаться в лодку все вместе сразу.
