– Ступай вниз. Распорядись насчет горячего рома для всех матросов. Проверь наши запасы. Ты теперь Номер Второй на борту. Разберись, кто есть кто на судне, у нас тут люди из других компаний.
Кулум покинул ют.
Оба русских слуги стояли на коленях рядом с Сергеевым. Один из них тронул Струана за руку и что-то сбивчиво проговорил, благодарно глядя на него. Струан знаком приказал им оставаться подле своего господина.
Он устало потянулся, положил руку на плечо Лонгстаффу, отвел его в сторону и наклонился к самому его уху:
– Вы видели у китайцев мушкеты?
Лонгстафф покачал головой:
– Ни одного.
– И я тоже, – сказал Струан.
– Выстрелы там раздавались повсюду – Лонгстафф побледнел и выглядел крайне озабоченным. – Видимо, один из тех несчастных случаев, которые неизбежны в такой суматохе.
Струан помолчал несколько секунд.
– Если он умрет, нас ждут большие неприятности, а?
– Будем надеяться, что этого не случится, Дирк. – Лонгстафф закусил губу. – Я немедленно поставлю министра иностранных дел в известность об этом происшествии. Нужно будет провести расследование, – Лонгстафф бросил взгляд на посеревшее, как у трупа, лицо. Дыхание Сергеева было частым и неглубоким. – Чертовски некстати все это, ну?
– Судя по расположению раны и по тому, где он стоял перед тем, как упасть, не приходится сомневаться, что пуля была выпущена из нашего мушкета.
– Это был самый обыкновенный несчастный случай.
– Верно. Но пуля могла бы быть и направлена.
– Невозможно. Кому придет в голову убивать его?
– Кому придет в голову убивать вас? Или Кулума? Или, может быть, меня? Мы все держались очень тесной группой.
– Кому?
– У меня здесь врагов не меньше десятка.
– Брок не стал бы хладнокровно стрелять в вас из-за угла.
– Я этого и не говорил. Назначьте награду за информацию. Возможно, кто-то что-то видел.
Вместе они посмотрели на поселение. Теперь оно осталось далеко за кормой: лишь дым и пламя над крышами Кантона указывали то место, где оно находилось.
– Это безумие грабить и разрушать все подобным образом. Раньше никогда такого не было. Зачем им понадобилось это делать? Зачем? – говорил Лонгстафф.
– Я не знаю.
– Сразу же после прибытия на Гонконг мы отправимся на север – на этот раз прямо к воротам Пекина, клянусь Богом. Император очень и очень пожалеет, что отдал такой приказ.
– Да. Но сначала вы снарядите экспедицию против Кантона. Немедленно.
– Но это же пустая трата времени, ну?
– Будьте готовы штурмовать город не позже, чем через неделю. Вам не придется доводить дело до конца. Вы опять потребуете с Кантона выкуп. Шесть миллионов тэйлов серебром.
– Зачем?
– Вам нужен месяц или даже больше, чтобы флот подготовился к походу на север. Погода пока против нас. К тому же нужно дождаться подкреплений. Когда они должны прибыть?
– Через месяц-полтора.
– Хорошо. – Лицо Струана стало жестким. – Тем временем Ко-хонгу придется где-то отыскать шесть миллионов. Это научит их предупреждать нас в другой раз, клянусь Богом. Вы непременно должны показать наш флаг здесь, прежде чем отправитесь на север, или мы потеряем лицо. Если им сойдет с рук сожжение поселения, мы больше никогда не сможем чувствовать себя в безопасности. Прикажите «Немезиде» встать у стен города. Дальше – ультиматум и двенадцать часов на раздумье, или вы сравняете Кантон с землей.
Сергеев застонал, и Струан подошел к нему. Русский все еще пребывал в шоке и едва сознавал, что происходит вокруг.
Потом Струан заметил, что обращенный Мауссом китаец наблюдает за ним. Человек стоял на главной палубе у правого фальшборта. Он осенил Струана крестным знамением, закрыл глаза и начал молча молиться.
Струан выпрыгнул из катера на их новый причал в Куинз Тауне и торопливо зашагал вдоль пирса к огромному, почти законченному трехэтажному зданию. Солнце палило нещадно с раскаленного добела неба, и он сегодня хромал больше, чем обычно. На верхушке флагштока развевался «Лев и Дракон».
Струан отметил про себя, что многие жилые дома и постройки помельче в разных концах Счастливой Долины были полностью закончены и уже началось возведение церкви на холме. Причал Брока на дальнем конце залива был достроен, и примыкающая к нему фактория тоже выглядела почти готовой. Другие здания и дома по-прежнему стояли в бамбуковых каркасах строительных лесов, на которых добавились новые ярусы. Куинз Роуд замостили камнями.
Несмотря на то, что уже минул полдень, работающих кули оказалось немного. Воздух был горячий и очень влажный. Приятный восточный ветерок то тут, то там легкими порывами пробегал по долине.
Струан вошел в главный холл фактории; его рубашка взмокла и прилипла к спине. Португальский клерк, обливавшийся потом за рабочим столом, поднял к нему изумленное лицо.
– Madre de Deus [18], мистер Струан! Добрый день, сеньор. Мы не ждали вас сегодня.
– Где мистер Робб?
– Наверху, сеньор, только там…
