Тайфун полностью

Летчик развернул «Камова», и вертолет завис в воздухе.

— «Байкал»? — спросил напарника второй пилот.

Первый пилот кивнул.

— Сейчас сбросим активный гидролокатор. Это разбудит «Байкал», и он всплывет и объяснит свои глупые шутки. Акустик, приготовиться сбросить активный гидролокатор.

— Курс сто семьдесят пять.

Летчик опустил нос «Камова», и вертолет полетел на юг.

— Тут что-то не так, — недоуменно произнес акустик. — Это одновальная подводная лодка. А у «Байкала» ведь два гребных винта, да?

«Портленд».

Скавалло попыталась прогнать мысли об Энглере, который свободно разгуливал по палубам «Портленда». Надев наушники, она вывернула громкость на максимум и включила подводный телефон.

— «Байкал», «Байкал», «Байкал», вы меня слышите?

Ответом ей стал лишь равномерный шелест потоков воды.

Не может быть и речи о том, чтобы Энглер затерялся на подводной лодке. Куда он направился?

Молодая женщина снова включила микрофон на передачу.

— «Байкал», «Байкал», «Байкал», вы меня слышите?

И вдруг ее осенило: к Ванну. Каюта командира — единственное место, куда мог пойти сбежавший радист. Скавалло собиралась поделиться своей догадкой со Стэдменом, но тут шум воды в наушниках едва уловимо изменился. В нем появился низкочастотный тон, дрожащий гул, которого не было минуту назад. Звук был настолько слабый, что когда молодая женщина попыталась сосредоточиться на нем, выделить из обилия случайного шума, он исчез.

— «Байкал», «Байкал», «Байкал», вы меня слышите?

— Скавалло, что у вас? — спросил Стэдмен.

Сдвинув наушники назад, она начала:

— Знаете, если Энглер и думает найти где-то помощь, он направится прямо к...

Вдруг Скавалло умолкла.

— «Лос-Анджелес», «Лос-Анджелес»... мы вас слышим.

— Что там? — спросил Стэдмен.

— Это «Байкал!»

Внезапно корпус «Портленда» огласился троекратным пронзительным писком.

Пинг! Пинг! Пинг!

— Центральный пост, говорит акустик! Вертолет только что сбросил буек с активным гидролокатором прямо на нас!

— Рулевой! — воскликнул Стэдмен. — Переложить руль вправо до отказа! Полный вперед!

«Байкал».

Несколько тонн воды, скопившихся в ракетном отсеке, отправили бы «Портленд» прямиком на дно, однако «Байкал» под действием дополнительного веса лишь осел носом на один градус. Бить тревогу еще рано. Для того чтобы лодка начала тонуть, потребуется нечто большее. Внизу в трюме были кингстоны. Марков был готов открыть их, но только после того, как Грачева извлекут из второго отсека.

— Сергей, — обратился он к старшему помощнику, — иди в главный машинный пост и принимай управление на себя. Включай все отсасывающие насосы ракетного отсека.

— Даже те, что находятся под сухими шахтами?

— Когда ты туда придешь, они уже не будут сухими. И, возможно, нам придется задраить отсек и повысить в нем давление воздуха, чтобы замедлить течь.

Гаспарян понимал, что Грачев что-то придумал. В подробности его не посвятили, но старший помощник к этому и не стремился. Когда все вернутся на базу, возникнет много вопросов, и Гаспарян хотел ограничиться абсолютным минимумом ответов.

— Если в корпусе пробоина, этим мы только будем выкачивать воздух за борт.

— Я говорил о том, чтобы замедлить течь, а не остановить ее совсем.

Раздался зуммер. Марков снял «каштан».

— Говорит командир.

— Товарищ командир! Вода прибывает в первый отсёк.

Это был мичман Лысенко, торпедист, поднимавшийся вместе с Грачевым и Демьяненко на палубу во льдах.

— Течь в торпедном аппарате?

— Нет, из второго отсека.

— Задрайте водонепроницаемую переборку.

— Уже задраили. Вода продолжает прибывать.

— Мичман, ее много?

— Пока что мы еще не плаваем.

— И не дожидайтесь этого. Лысенко, немедленно выводи своих людей из отсека. Проходите на корму по жилой палубе. Как только все покинут отсек, доложишь мне. Мы попытаемся остановить течь, подавая воздух под давлением. Все понял?

— Так точно.

Марков повернулся к Гаспаряну.

Вода в первом отсеке. Водонепроницаемая переборка ее не держит. Демьяненко и Грачев должны покинуть второй отсек до того, как вся носовая часть лодки окажется затопленной.

Гаспарян был специалистом по аварийно-ремонтным работам и лучше кого бы то ни было знал, что будет означать затопление первого и второго отсеков. В конструкцию лодки класса «Тайфун» заложен солидный резерв плавучести. И все же он имеет свой предел.

— Командир, если оба отсека заполнятся водой, мы не сможем удерживать заданную глубину.

— В таком случае мы продуем балласт и будем решать проблемы на поверхности. А теперь иди!

Не успел старший помощник уйти в главное машинное отделение, раздался встревоженный голос Беликова:

— Товарищ командир! Активный гидролокатор по пеленгу триста пятьдесят! Акустический буек, сброшенный с вертолета!

Демьяненко уже был готов броситься в носовой отсек, не дожидаясь старшего помощника, но в этот момент Гаспарян наконец вошел в главный машинный пост через водонепроницаемый люк в кормовой части.

— Каково положение дел? — озабоченно спросил Федоренко.

— Лодка имеет дифферент на нос в один градус, и вода начала поступать в торпедный отсек, — ответил Гаспарян.