– Волчок, не дрейфь! Нормально все будет, – похлопал его по спине Петя. – Я тоже переживал, а после мартовской игры получил приглашение от ростовских «Драконов». И ты получишь. Будь оптимистом: впереди не
– Петя прав, – кивнул Никита. – Трясешься раньше времени. Ты сейчас должен думать только о том, чтобы хорошо сыграть и получить удовольствие, тогда и агентам все понравится. А мысли о том, что это последний шанс, только настрой сбивают. Нервов на площадке быть не должно, только собранность и хорошая физическая подготовка. Со вторым проблем не вижу, в защите ты хорош, как никто. Мы «Орлов» разнесем в пух и перья, вот увидишь.
– Никит, тебе бы капитаном быть, – повеселел Волков. – Не в ту сторону наш тренер смотрит. Мощно ты боевой дух поднять умеешь.
– До капитана мне далеко, лучше хорошим товарищем назови.
– Воу-воу, Лебедев! Тебе что, одного лучшего друга мало, ты и Волчка вербуешь? – в шутку обиделся Петя.
– Это ты лучшего друга на девушку променял, – заметил Никита. – После тренировок теперь в «Доту» не играем, все с Катериной гуляешь.
– Ну ты даешь! – заржал Волков. – Сравнил девчонку и друга! А в «Доту» и я скатать могу.
– Все! – театрально взмахнул руками Петя. – Остался я один-одинешенек…
– Катерина тебя утешит. – усмехнулся Никита.
– Вы еще подеритесь, – предложил Волков.
Петя, будто вдохновившись этой идеей, сбросил рюкзак с плеча и, размахнувшись, стукнул им Никиту. Тот моментально стащил с себя черный кардиган, скрутил его в жгут и хлестнул Петю в ответ. Двухметровые парни, носившиеся друг за другом, как дети, привлекали всеобщее внимание.
– Хуже пятиклассников, – закатил глаза Волков и посмотрел на часы.
– Сворачивайтесь! Четыре минуты до начала урока…
Краснов остановился, повертел головой по сторонам и быстро набрал сообщение. Телефон в его руке звякнул, он посмотрел на экран и лицо его вытянулось.
– Вы идите, – не отрываясь от экрана сказал Петя, обращаясь к Роме и Никите. – я Катерину подожду.
Но они и двух шагов сделать не успели, как в воротах школы появилась Морозова, державшая под руку Ветрову. Девушки взлетели на школьное крыльцо, даже не посмотрев в их сторону. Петя подхватил с земли рюкзак и понесся следом.
Парни с недоумением переглянулись. В животе у Никиты будто завязался тугой узел. Он почувствовал. как напряжение мурашками поднимается от кончиков пальцев к макушке. Судя по свирепому взгляду Лебедевой и каменному лицу Морозовой, случилось что-то нехорошее.
Весь первый урок он просидел как на иголках. Сосредоточиться на том, что говорил географ не получалось, слова текли мимо его сознания сплошным потоком, превращаясь в шум. Никита сидел за партой, уставившись в одну точку и пытаясь догадаться, что случилось. В голове мелькали обрывки мыслей о Василисе, ее суровое лицо словно отпечаталось на сетчатке его глаз.
Титова, на этот раз не решившаяся сесть рядом, бросала на него многозначительные взгляды. География ее не интересовала – впрочем, в этом не было ничего удивительного или нового. Все, что Наташа считала важным знать в области географии – это где находятся Куба, Мальдивы и Нью-Йорк.
Сидя в параллельном ряду, она продолжала сверлить его взглядом, надувая большие розовые пузыри из жвачки. Настроение у нее, судя по весело качавшейся ноге в лаковой туфле, было приподнятым. Не выдержав, Никита резко повернул голову.
– Долго собираешься пялиться? – прошипел он.
– Кит, ты что, не в духе? – выгнула бровь она.
– Я всегда не в духе, когда ты называешь меня Кит. Мне это не нравится, и я тысячу раз просил так не делать.
– Ох, прости. Не буду тебя еще больше расстраивать. Понимаю, когда читаешь подобное о своей девушке… Не представляю, каково тебе сейчас!
Она потянулась к нему через проход между партами, но Никита отшатнулся.
– Что ты несешь? Какой девушке?
– Ты что, не видел? – с напускным удивлением спросила Наташа. – Это же просто кошмар!..
– Чего я не видел? – все сильнее раздражался Никита.
– Пост в школьной группе. Про Ветрову! – Титова перестала наконец изображать участие и в ее глазах вспыхнул злорадный огонек. – Почитай, что там пишут.
Никита ждал пока загрузится главная страница группы и чувствовал растущее беспокойство. Злополучный пост оказался третьим. Взгляд сразу упал на фотографию. Снимок был сделан через окно кофейни: они с Василисой сидели, склонившись над тетрадями. Вот только с этого ракурса казалось, будто они тянутся друг к другу для поцелуя. Или как будто только что поцеловались. Подпись к фото не оставляла шансов на отсутствие сплетен.
«Для Ветровой настал час славы. Пытается охмурить красавчика Лебедева, но
