
У чёрта на куличках, много севернее самых дальних пастбищ Макара с его телятами лежит чудная земля Таймыр. А на северном краю Таймыра лежит небольшое по таймырским масштабам озерцо – не более двух тысяч гектаров – со странным названием "Озеро Сожаления". Жарким летом 2010 года, а точнее, седьмого августа вдоль южного берега этого самого озера в западном направлении плыла туристическая надувная лодка с двумя туристами на борту. Если бы кто мог их тогда видеть, тот ни минуты бы не сомневался, что причин испытывать сожаление у них не было…
Владимир Усольцев
Таймырский Эрмитаж
Эрмитаж [1]
Пролог
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
Глава 1. С чего всё началось
Всё началось более сорока лет тому назад. Дежурный семинар отдела синтеза кристаллов по философии. Обсуждение гипотезы Большого взрыва [2] . Отчаянный спор, продолжившийся на квартире завлаба и закончившийся лишь в третьем часу ночи по причине полной неспособности спорщиков воспринимать бессвязную речь оппонентов и связно выражать собственные озарения. Победителем в споре стала двухкомпонентная жидкость без цвета, но с запахом – “Московская особая”. Истина оказалась в ней – так решили невыспавшиеся спорщики, встретившись на другой день в лаборатории, и на этом бесспорном суждении спор о зарождении Вселенной завершился.
Неизвестно, задумывались ли впоследствии другие участники спора над началом всех начал. Но доподлинно известно, что младший научный сотрудник, недавно защитивший кандидатскую диссертацию, Олег Дудинский стал часто и подолгу размышлять об этом грандиозном событии. Вообще надо сказать, что Олег был увлекающейся натурой. Увлекающейся натурой был и его научный руководитель – тот самый заведующий лабораторией. Но увлекались они совершенно по-разному. Завлаб, известный в мире специалист и, разумеется, доктор химических наук с перспективой в ближайшее время стать членкорром, а там, глядишь, и полным академиком, был безмерно увлечён кинетикой [3] зарождения и роста кристаллов, фазовыми диаграммами и прочими физико-химическими премудростями. И только. Остальное его не интересовало. А вот его подопечный Олег увлекался теми же премудростями вовсе не безмерно и не исключительно.