Тайна полностью

Мужчина был высок, белокур, определенно красив, с развитой мускулатурой, из тех, кто хорошо смотрится как в одежде, так, вероятно, и без нее. Свою машину, взятый напрокат белый «линкольн», -не «феррари», и даже не спортивный «джип чероки», что можно было бы ожидать от человека с такой холодностью, даже высокомерностью в манерах-он припарковал у зала прилета в аэропорту Сан-Франциско и нетерпеливо взглянул на часы. Вечерний рейс из Гонолулу приходился на довольно позднее время и оставлять машину больше, чем на несколько минут, было рискованно. Его могли заметить, затащить в дорожную полицию, выписать штраф. Он прошел в зал прилета и посмотрел расписание рейсов на табло. Самолет приземлился пять минут назад.

Снова оказавшись на улице, он прислонился к машине, засунув руки в карманы, и принялся наблюдать за выходом. Он улыбнулся, когда наконец увидел ее. Мягкие волосы цвета темной меди разлетелись по плечам, когда она покрутила головой в поисках стоянки такси. Она даже не заметила его, не услышала его шагов, когда он подошел сзади. Он услышал, как прервалось ее дыхание, когда она почувствовала быстрый укол в руку. Испуганные карие глаза узнали его, и он улыбнулся в ответ. Она упала в его объятия почти беззвучно, и он без труда затащил ее на заднее сиденье машины.

Быстро накинув на нее одеяло, он скользнул на водительское сиденье и пристроился в ряд автомобилей, ползущих в сторону города. Он дернул плечом и зажег сигарету. Что за черт, у него была прорва времени. У него действительно было время на убийство.

Спустя сорок минут он припарковал машину на Бэттери, вышел, открыл заднюю дверцу и взглянул на девушку. Он пощупал ее пульс и поднял веки. Готова. С ней проблем не будет. Он столкнул тело на пол, прикрыл одеялом и запер машину. Потом закурил сигарету и повернул не спеша за угол, к Иль Форнао.

В пивном баре было полно народу. Дул резонировал о стены. Он проложил дорогу к стойке и заказал порцию «карта бланка» и маленькую пиццу с моццареллой, анчоусами, оливками и каперсами. В ожидании заказа он просмотрел результаты баскетбольных матчей в «Игземенере». Под пиццу пропустил еще кружку пива. И поскольку всегда был падок на сладкое, заказал себе «тирамйзу».

— Десерт просто божественный, -улыбнулась ему сидящая рядом молодая женщина.-Я сама никогда не могу отказаться от него, -добавила она, отпив свой коктейль.

У нее были рыжие волосы до плеч, и ей было почти столько же лет, сколько той девушке, которую он оставил в своей машине в бессознательном состоянии, оглушенную наркотиками. Он пожал плечами и попросил счет.

— Иногда можно себе позволить.

Она явно приглашала его, но он отвернулся и направился к кассе у двери. Он спиной чувствовал ее вопрошающий взгляд, затем услышал ее смех и заметил пренебрежительное пожатие плечами, последовавшее за этим. Она была хорошенькой и не привыкла, чтобы ей отказывали. Просто сегодня вечером ей попался никудышный мужик.

Он открыл машину, приподнял одеяло, закрывавшее девушку, еще раз посмотрел на нее. Она по-прежнему была без сознания, поэтому он забрался на водительское сиденье и вырулил на полосу, ведущую в Имбаркадеро. Он отлично знал то место, куда сейчас направлялся, но было еще рано-слишком много машин, слишком много людей, слишком много света.

Он медленно ехал по городу, пару раз покружив вокруг одного и того же места, наконец повернул на север, проехал мимо элегантных особняков, площадки для игры в гольф и выбрался туда, где дорога бежит по краю глубокого, поросшего лесом оврага.

Он остановил машину и вытащил тело девушки. Она повисла на нем, и он проклинал эту мертвую тяжесть, пока нес ее через лес до маленькой прогалины на краю оврага. Здесь он остановился. Туман рассеялся. Ущербная луна озаряла камни, чахлые деревца и бурлящий далеко внизу поток, прокладывающий себе путь по дну оврага. Мгновение он колебался, подумав о лежащем в кармане пистолете. Но нет, все должно выглядеть как несчастный случай. Остается только этот вариант.

Он поставил девушку на ноги. На секунду задержал ее в своих руках, пока искал точку опоры. Потом, используя весь свой вес, столкнул ее в пропасть.

Она не издала ни звука.