Учительница, оглядывая класс, внимательно изучала лица своих подопечных. При виде Сабрины ее улыбка сменилась злой гримасой. И Сабрина тут же узнала ее. Она видела ее на балу в особняке мэра, куда они с Дафной пробрались тайком. Это же Королева Червей!
— Гримм, — рявкнула учительница, — быстро ко мне! На два слова.
Сабрина нехотя выбралась из-за парты и подошла к ее столу. До сих пор она знала про нее только то, что написано в сказке
— Детка, мне всё понятно, — понизив голос, сказала королева.
— О чем вы?
— Ты явилась сюда, чтобы шпионить за мной, — заявила учительница. — Что ж, только передай своей бабуле-горбуле, что она зря тратит время.
— Ничего я не шпионю! — возмутилась Сабрина. Как смеет эта королева обвинять ее в таких вещах?
Она ведь даже не знает Сабрину!
— Как же! Вас, Гриммов, бесит, что мы, вечножители, работаем с детьми — с обычными детьми обычных людей.
— Ничего подобного, клянусь вам! Но мне одиннадцать лет, и я обязана ходить в школу. По закону! — повысила голос Сабрина.
Оглянувшись, она заметила, что даже самые заспанные одноклассники стали прислушиваться к их разговору. От гнева и смущения Сабрину бросило в краску.
— Убедительная отговорка… Но только я всё равно глаз с тебя не спущу, деточка. Стоит тебе хоть разок что-нибудь не так сделать и…
— Что, может, голову с плеч? — перебила ее девочка, вся задрожав от гнева. Она поняла, что сорвалась на крик, но уже ничего не могла с собой поделать. — Вы совсем больная, что ли? Если желаете так отметить свой первый день в классе, милости прошу!
— Как это — первый? — заволновалась королева. — Сабрина, я у вас в классе с начала учебного года преподаю! Ты что, забыла?
Вдруг всё встало на свои места: никто не горевал по Брюзгнеру потому, что никто его не помнил. Вечножители рассыпали над городом порошок забвения и просто стерли Брюзгнера из памяти горожан. Сабрина же помнила его только потому, что дом Гриммов был защищен особыми чарами, охранявшими их от магических атак.
И чему тут удивляться? Ведь эти дрянные вечножители всегда так поступали, если их что-то не устраивало — люди или обстоятельства. Если кто-то мешал им, его просто удаляли. Так и с ее родителями вышло. Дай им волю — они всю ее семью изничтожат.
— Так вы его стерли! — крикнула Сабрина, не в силах обуздать свой гнев. — Взяли — и стерли, да? Вы и моих родителей убрали! Но больше я не позволю вам этого делать! Передайте своим жалким дружкам-вечножителям, что я всё равно найду маму с папой. И тех, кто убил мистера Брюзгнера, — тоже!
Лицо королевы исказилось от ужаса: Сабрина нарушила неписаное правило Феррипорта — никогда не раскрывать истинную правду! Девочка смотрела на искаженное злобой лицо учительницы, надеясь, что та поймет, до чего ей надоели все эти тайны. Дафна была права: убийство мистера Брюзгнера надо раскрыть хотя бы для того, чтобы показать вечножителям — впредь подобное им с рук не сойдет.
Вдруг в класс вбежал Венделл, тот самый мальчик, что вчера опоздал на урок. Увидев королеву, он на миг смутился, но быстро справился с собой и пошел прямиком к своей парте, оставляя на полу странные следы, будто башмаки его были намазаны мелом. Он неуклюже плюхнулся на место и тут же уткнулся в учебник.
Глаза Сабрины заслезились, и она громко чихнула от пыли, которая облаком поднялась с пола.
— Кончай, Гримм! — на весь класс крикнул Тоби. — Ты уже достала всех своими микробами!
Сабрина повернулась к нему и, подойдя к его парте, схватила за шиворот.
— Заткнись, придурок лупоглазый! — не сдерживаясь, гневно рявкнула она.
Тоби поглядел на нее со странной улыбкой.
— Мисс Червона, извините, если помешал, — раздался голос в дверях.
Обернувшись, Сабрина увидела директора Гамельна.
— Хочу представить вам нового ученика, — сказал директор.
— Сядьте на место, мисс Гримм, — процедила сквозь зубы королева.
Сабрина, всё еще злая, вернулась за парту.
— Мисс Червона, ребята, знакомьтесь — это Робин Гудфеллоу,[6] — сказал директор, и в класс вошел, приветливо помахивая рукой и раскланиваясь, сияющий Пак — ну прямо кинозвезда, да и только.
—
— Робин приехал к нам из маленького городка в штате Огайо и остановился у родственников Сабрины Гримм, — объявил Гамельн.
— Робин Гудфеллоу? Так-так… — понимающе проворчала королева, и Сабрина поняла, что она узнала его.
Пак подмигнул ей:
— Да, Гудфеллоу. Меня сызмала так зовут.
— Сядешь вон там, в заднем ряду. Рядом со своей знакомой.
Новенький оглядел класс.
— А что, свободных мест больше нет? От этих Гриммов так и несет тухлятиной, — сказал он со злой гримасой. — А эта — просто настоящая вонючка.
Полкласса — те, что не спали, — громко заржали, а Сабрина покраснела до корней волос.
