— Мы будем рады, если сможем помочь, — сказала бабушка Рельда.
— Не обижайтесь, Рельда, — сказал Гамельн, — просто я переживаю. Мой мальчик неизвестно где мерзнет от холода, и мне нужна помощь. Помощь профессиональных полицейских, а не старушки с двумя внучками.
— У меня в машине одна из лучших ищеек в мире, — ответила бабушка. — Мой Эльвис получше ста полицейских. Не волнуйтесь, мы его найдем.
Директор, опустившись в кресло, подкатился к покрывшемуся инеем окну.
— Там так холодно, — прошептал он.
— Мои девочки сегодня погнались за ним, — сказала бабушка.
— Слышал, — глядя в окно, ответил Гамельн.
— Тогда вы знаете, что он как-то причастен к этим убийствам.
Гамельн резко повернулся в кресле и сердито ткнул пальцем в миссис Гримм.
— Он не виноват! — воскликнул он.
— Знаю, Дудочник. Более того, по-моему, он пытался прекратить то, что происходит в школе.
— Он такой любопытный. Как-то мы вместе смотрели по телевизору старый черно-белый детектив, и его зацепило. Теперь для него кругом
— Но ему передался и отцовский талант к музыке. Говорят, он с помощью губной гармошки может управлять животными.
— Рельда, он хороший мальчик, — вздохнув, сказал Гамельн.
Вдруг раздался стук в дверь, и вошел мистер Шипшенк.
— О-о, извините, если помешал. Мистер Гамельн, нам пора, — сказал он, показывая на часы на своем запястье.
— Шипшенк, у меня пропал сын! — сердито воскликнул директор.
Сабрина посмотрела на розовощекого советника. Тот вдруг нервно улыбнулся.
— Ну ладно, можно и попозже поговорить. — И, притворив за собой дверь, Шипшенк ушел.
Дафна вытащила из кармашка свою серебряную звезду и приколола на грудь, чтобы все видели знак помощника шерифа.
— Мистер Гамельн, пожалуйста, не волнуйтесь. Мы найдем вашего сына, — сказала она.
Бабушка Рельда лишь улыбнулась внучке.
— Почему это вы так хотите мне помочь? — спросил Гамельн.
- Это наш долг — защищать и охранять, — ответила Дафна и, дернув за ремень, подтянула брюки.
Сабрина чуть не расхохоталась, но осеклась: сердитое лицо Свинсона говорило, что он понял, кого копировала Дафна.
— Я знаю. Дудочник, что прежде у вас были сложные отношения с моими родственниками, но, по-моему, никогда не поздно всё начать с начала, — сказала бабушка, протягивая ему руку.
Гамельн какое-то время пристально смотрел на нее, потом пожал ей руку.
— Нам нужно знать номер его шкафчика.
Директор ввел в компьютер пароль, и экран загорелся. Потом, набрав несколько букв, Гамельн улыбнулся.
— Номер триста двадцать три. Это за углом, около двери в котельную, — сказал он. — Могу я пойти с вами?
— Нет, вы подождите здесь, — сказал шериф, поднимаясь со аула. — Мы позвоним вам, как только что-нибудь выяснится.
Свинсон и Гриммы вышли из кабинета и направились по коридору, разглядывая шкафчики, пока не нашли номер триста двадцать три.
— Ты откроешь замок с помощью волшебных заклинаний? — спросила Сабрина, изучая цифры на висевшем на дверце замке с кодом.
Бабушка открыла сумочку и вытащила молоток.
— Вообще-то не такое уж это волшебство, — сказала она, передавая молоток Паку.
Мальчик ухмыльнулся и, замахнувшись, со всей силы ударил по замку. Тот раскололся надвое.
— А можно следующий? — спросил Пак, но бабушка отобрала у него молоток и, положив его обратно в сумку, открыла шкафчик.
Внутри висело только зимнее пальто Венделла. Бабушка вытащила его и сунула под мышку.
— Я вам так признателен, — сказал шериф.
— Что вы, что вы! Ничего особенного, — ответила старая дама.
Вернувшись к машине, Гриммы и Пак застали мистера Каниса по-прежнему сидящим на крыше. Он медитировал.
— А теперь в лес, — сказала бабушка, открывая заднюю дверцу и выпуская Эльвиса. — Вы оставайтесь здесь, на случай, если Венделл сам вернется в школу.
— Я вам точно не понадоблюсь? — спросил Канис.
— Справимся как-нибудь! — ответила бабушка Рель да.
— А можно вас спросить, мистер Канис? — задала вопрос Дафна,
— Конечно, детка.
— О чем вы думаете, когда сидите на машине? Мистер Канис задумчиво посмотрел на луну, стоявшую высоко над лесом.
— О тех, кому причинил боль, когда был не в состоянии контролировать себя.
— И это помогает вам успокоиться? — спросила Сабрина.
— Нет, дитя мое, это лишний раз напоминает мне о моей вине, — ответил он.
