Я знаю, что вот такой Наткин словестный поток с рыданиями можно остановить либо хорошей пощечиной, либо прикрикнув на нее как следует. Но как бы у меня не чесались руки, первое я сделать не смогла бы, потому что подруга за тысячи километров, в Альпийской части Франции, покоряет Монблан. Я сама организовала эту поездку ей и ее любимому Русланчику, в адрес которого, по-моему, сейчас несутся все эти нелестные эпитеты. Причина этого пока остается неясной.
Мы с Наткой еще со студенчества мечтали о покорении самой высокой вершины Альп, тренируясь на более низких, походы на которые организовывал наш альпинистский клуб. Я сама с удовольствием поехала бы вместе с подругой и ее женихом, даже не подумав, что буду третьей лишней. Вот только неудача с индийским туром перечеркнула все планы на отпуск, а точнее сказать, просто лишила меня оного. А вот Натка должна быть счастлива – сбылась давнишняя мечта, еще и романтики добавило присутствие любимого.
– Объясни спокойно, кто эта сволочь и козел, а не реви! – продолжаю я громовым голосом и это, похоже, приводит подругу в чувство.
– А я тебя не сильно отвлекаю? Ты незанята? – слышится жалобное всхлипывание.
«Конечно нет, а ты так думаешь! В разгар рабочего дня я ничего не делаю и в полном твоем распоряжении, пусть клиенты подождут!» – так и хочется бросить ей в ответ. Но голос у подруги просто убит горем, и сочувствие побеждает здравый смысл. К тому же я постоянно выполняю функцию Наткиной жилетки. Сдержав свой сарказм, я наконец вхожу в нашу офисную «курилку», зажигаю сигарету и, выдохнув дым, спокойно спрашиваю:
– Что случилось? Объясни, пожалуйста.
– Этот кобель мне изменил! И это после того, как я не позволила ему свалиться в пропасть, себе все колени и руки ободрала…Чуть сама не сорвалась… А он – сволочь, мерзавец, тварь!.. – снова несется мне в ухо Наткин поток с рыданиями. – А сейчас думаю, лучше бы мы сорвались. Не было бы всего этого!
– Если ты не прекратишь говорить глупости и не объяснишь мне все спокойно, я повешу трубку! – пытаясь прорваться через очередную волну истерики, угрожаю голосом, который эхом разносится по коридору нашего турбюро.
На этот раз Натка не унимается, сетуя на бесполезность ее несчастной жизни. А хуже всего – дверь «курилки» открывается, а строгий голос заставляет меня, как школьницу застуканную врасплох, быстро погасить недокуренную сигарету и выбросить ее в урну.
– Клементьева, почему ты прохлаждаешься? Разве ты сейчас не должна заниматься госпожой Лунтаренко?
Лицо шефа не предвещает ничего хорошего.
– Она никак не может определиться с туром, ей ничего не нравится, – начинаю блеять я. – А у меня очень важный звонок…
– Пока ты тут занимаешься личными звонками, твоей клиенткой уже занимается Аллочка. И уверен, она знает, что ей предложить.
Конечно же, Аллочка! Кто же еще так подло может меня подсидеть?! С каким удовольствием я проредила бы копну ее блондинистых волос. Но у нашей Аллочки самый сильный иммунитет, спасающий ее от всех офисных разборок. Она – любовница нашего шефа.
– Это звонок по работе, – зачем-то пытаюсь я соврать.
Но в этот момент так некстати из моего телефона раздается истеричный вопль подруги:
– Мне жить не хочется!
Под ледяным взглядом шефа я подношу телефон к уху и быстро бросаю:
– Я тебе позже перезвоню.
Но катастрофу уже не предотвратить. Глаза шефа превращаются в злобные щелки, а его холодный голос без тени раздражения спокойно мне сообщает:
– Можешь продолжать заниматься своим важным звонком. Ты уволена! Я должен был сделать это еще две недели назад!
Я замираю на месте. Сожалею ли я о том, что сейчас произошло? В офисе давно шушукаются, что шеф собирается сократить штат сотрудников, и каждый из кожи вон лезет, старается, чтобы не оказаться в числе тех, в чьих услугах больше не будут нуждаться. Что скрывать, я тоже это делала. Вот только мне в последнее время катастрофически не везет. Кажется, судьба решила превратить жизнь из зебры в угольно черную кобылу. На мою голову все чаще сыплются звонки, от которых все внутри леденеет: «алло, нам не подали самолет!», «алло, у нас страховой случай на отдыхе!», «алло, мы хотим разорвать договор!», «алло, нам не нравится наш отель!» Таких сообщений боятся в офисе, жутко нервничают и хватаются за сердце, все, кроме Аллочки, имеющей особый иммунитет. А когда, в конце концов, выясняется, что это вовсе не твой клиент, ты все равно дрожащей рукой выкуриваешь сигарету, хоть давно уже собираешься бросить.
