– За дело. Думай, прежде чем говорить, – произнёс полукровка, садясь рядом со мной. На миг проскочила в голове опасливая мысль, что он знает правду о том, кто такая моя названная мать на самом деле. Но я быстро отмёл её, понимая, что быть этого не может, мы хорошо скрывали правду все эти годы. Успокоив себя этой мыслью, я снова украдкой посмотрел на свой артефакт и тяжело вздохнул.
– Волнуешься за неё? – задал неожиданный вопрос Нираэль, от которого я вздрогнул и, резко подняв голову, внимательно посмотрел на него.
– Вы… – охрипшим от волнения голосом произнёс я. Но договорить мне не дал маг, перебив.
– Да не знаем мы вашей тайны, хотя догадки имеются, но мы никому и никогда ничего не расскажем, даю слово мага, – над ним сверкнула молния, принимая его клятву. Дэм и Нир молча кивнули, соглашаясь с ним и, переглянувшись быстро повторили его слова о том, что никому и никогда не расскажут нашу тайну. Я облегчённо выдохнул.
– Только, на будущее, друг, хочешь скрыть что-то, не давай и малейшей подсказки, – намекнул Дэмиан на случай, когда я привел их к себе в дом и попросил Алису предстать перед нами. Намёк мной был распознан, и я молча кивнул, говоря, что понял его.
В этот момент на поляне открылся портал, и из него вышла Алиса. Девушка выглядела очень усталой, вся в ссадинах и синяках. Одежда напоминала лохмотья. Не медля ни секунды, я подбежал к ней. Я быстро осмотрел её, и пока залечивал её раны артефактом, который был у каждого из наших воинов, Дэм укутал девушку в свой плащ. Она никак не реагировала на наши действия, мы переглянулись, я молча кивнул другу. Тот подхватил её на руки и понес в наши поладку. Там мы уложили девушку на шкуру и укрыли тёплым одеялом, Тивер погрузил её в целебный сон.
После того, как мы позаботились о девушке, немного расслабились и сами легли на свои шкуры, заменявшие нам кровати. Чуть позже до нашего лагеря начали доходить новости, что война приостановлена из-за буйства стихий, войска были перенаправлены на урегулирование происшествий после стихийных бедствий, было много пострадавших, но, как бы странно это не звучало, никто не умер.
Мы молча косились в сторону Алисы, которая ничего не помнила о том, что произошло после активации того заклинания, поэтому мы старались девушку с этой темой не трогать и не напоминать о происшествии. После окончания работ по восстановлению пострадавших мест, до нас дошла не менее радостная новость: после четырех лет войны князья решили заключить мирный договор, ведь теперь им предстояло разобраться со своими землями и тем, что мы получили после того заклинания.
А имели мы сейчас не один континент, а несколько. Думаю, кое кто не рассчитал силу, и вот что из этого вышло. Впрочем, всё, что не делается, к лучшему. Мы же, попрощавшись с друзьями, отправились домой.
Алиса Лебедева:
Война закончилась, и Атираэль вернулся домой. Он ещё долгое время отходил от пережитого там на войне. Я же окончательно перестала покидать камень, поскольку поведение сына Тира стало крайне понятным – мальчик влюбился в меня, и это была большая проблема. Когда Атираэль пришёл в себя, я попросила его не говорить и не записывать то, как меня призвать, иначе может случится беда, и их род прервётся на его сыне. Эльф впечатлился серьёзностью проблемы, и отправил сына подальше служить на границах княжества. А время вновь текло медленным потоком. И однажды настал тот день, которого я страшилась больше всего на свете. Мой мальчик, мой Тир, шебутной и веселый мальчик эльф превратился в старичка. Сейчас он лежал в кровати, и я видела магическим зрением, что ему осталось совсем недолго. Присев на кровать, я взяла его за руку и погладила по голове, так как делала это в детстве.
– Мама, – прошептал еле слышно Тир сухими губами.
– Да, милый? – ласково отвечала я, еле сдерживая слёзы.
– Не плачь, я прожил хорошую жизнь и ни о чем не жалею, – ласково произнёс Атриэль и закашлялся. Быстро создав стакан с водой, я приподняла его голову и дала ему попить немного. Это помогло, и он облегчённо выдохнул и улыбнулся. – Алиса, у меня есть одна просьба и одно последние желание, – произнёс Тир.
– Говори, я выполню всё, что захочешь, – произнесла с горячностью. Тир улыбнулся шире. Погладив меня по щеке, эльф подмигнул мне так же, как и когда-то давно в свои молодые годы. Я улыбнулась нежной улыбкой, а левую руку спрятала за спину и сжала в кулак. Нет, плакать не буду, не сейчас и не перед ним. Позже, всё позже, решила я, прислушиваясь к его тихому голосу.
– Просьба – спой ту колыбельную, что пела мне в детстве, а желание – пусть в нашем мире больше не будет войн. Не хочу, чтобы мои потомки прошли через подобное горе и испытание, – проговорил Тир.
