– Мне с детства хотелось овладеть огнём, – признаюсь девушке в свой давней детской мечте. Алиса внезапно замирает и напрягается.
– Это твоё желание? – спрашивает она меня серьёзным тоном. А я позабыв, о том, кто она, говорю:
– Да, это мое желание, хочу владеть огнем. Желательно, без вреда для себя, – произношу. Девушка вздохнула и посмотрела на меня нечитаемым взглядом.
– Уточню, этот дар должен передаваться потомкам? – я уже начал подозревать неладное, но всё же дал ответ.
– Хотелось бы, конечно, но, желательно, не всем, а только главе рода, чтобы дар не ушёл в другие семьи и не стал потом проблемой, – услышав мой ответ, девушка медленно кивнула и на миг прикрыла глаза.
Я же наблюдал картину в этот момент: огонь в камине вспыхнул, от него отделился маленький язычок пламени и, по воздуху проплыв ко мне, на миг завис, а потом резко влетел в меня. По телу разлилось приятное тепло. Всё это произошло так быстро, что я и испугаться даже не успел.
А в тот момент, когда Алиса открыла глаза и бросила в меня подушку, я уже осознал, что натворил.
– Дурак, – произнесла девушка. И я молча с ней согласился. Да, дурак, мог ведь понять уже с того момента, как она начала уточнять детали, что сейчас использую свое второе желание. – Мне вот интересно, это у вас семейное, загадывать желания необдуманно? – внезапно задумчиво поинтересовалась девушка.
– Не знаю, у потомков потом спроси, – смеясь, предложил я. За что получил ещё одной подушкой, которую я словил, как и первую. Вот интересно, сколько их у неё в изумруде ещё запасено?
– Поганка ты, ушастая, – беззлобно проговорила Алиса. Я же улыбнулся и показал ей язык.
Она засмеялась, громко и весело. Я улыбнулся шире и отпил из своей кружки тёплый травяной сбор. Светила клонились к закату, окрашивая небо в краски багряно-рыжего заката. Мы же сидели в гостиной, вели неспешный разговор, наслаждались тёплым напитком в наших кружках и слушали звук потрескивания поленьев в камине.
Посмотрев на девушку, произношу еле слышно: «Спасибо тебе за то, что появилась в моей жизни и стала её важной частью».
Алиса Лебедева:
На следующий день после того насыщено дня, я наведалась в дом того эльфа, который наложил проклятье. Зашла в его кабинет, где и сидел за бумагами этот нехороший ушастый. Подняв голову от бумаг и увидав меня, он побледнел и затрясся от страха. Я же мило ему улыбнулась и, подойдя, пропела самым милейшим голоском, на который была способна.
– Доброго дня, а у меня для вас подарочек, – эльф от моих слов сглотнул и задрожал сильнее.
Я же, больше не говоря ни слова, припечатала руку с зажатой в ней ледяной сферой, в которой находилось его проклятье. Но я не настолько жестока, как она, поэтому, как только проклятие начало проникать в его тело, я немного видоизменила его. Теперь он ослепнет, но всего на несколько дней, и прозреет вновь.
– Не делайте зла другим, и сами тогда не получите той же монетой в ответ на свои поступки, – проговорила я напоследок, покидая уже ослепшего эльфа.
Надеюсь, ему хватит такого предупреждения, и больше он не сунется вредить Уриэлю или ещё кому-то из рода Элэотэль.
В последствии так и вышло, врагов у Уриэля стало ещё меньше, чем было. А те, что были, не решались ему вредить, зная, что, если не я, так он сам даст такой сдачи, что потом они долго разгребать это будут.
Что же касается моего ушастого друга, то он влюбился, и, вот, недавно, сделал своей возлюбленной предложение. Та, естественно, ответила согласием. Уриэль познакомил нас, и пояснил свой избраннице, что мы друзья и не более того. Пока мы не решились говорить ей правду, вот после свадьбы она узнает всё. А пока, пусть считает меня дальней роднёй и другом Уриэля, которая, по неизвестным ей причинам, живёт в главном доме.
Время шло, день свадьбы влюблённой парочки приближался со скоростью света. Все слуги бегали по поместью, стараясь успеть подготовить всё к торжеству. Ну, а я… Уже решила, что после того, как брачные клятвы будут произнесены, уйду. Попрошу друга загадать последнее желание и скроюсь в изумруде, не хочу стать причиной ссор между ними, да и проблем, которые могут возникнуть из-за меня, хотелось бы избежать. Поэтому, после свадьбы этих двоих, добровольно вернусь в артефакт на неопределённый срок.
И вот этот день настал, слуги с утра метались по поместью, всё проверяя и внося последние штрихи в украшение бальной залы в частности и самого дома в целом. Мне надоело смотреть на это и, психанув, я нашла Дилиэль и спросила, не здороваясь:
– Как всё должно выглядеть? – эльфийка удивилась вопросу. Но, встав со своего пуфика, подошла к стодолу и показала мне листки с рисунками. – Сама рисовала? – спросила я, рассматривая очень красивые рисунки.
– Да, отец потакал моим желаниям учится не только тому, что положено знать дочери из знатной семьи, но и тому, что мне интересно самой, в том числе и рисованию, – пояснила немного смущённая моим вниманием к её творчеству девушка.
– Понятно, – произнесла я и взмахнула рукой, выпуская свою магию.
