Ложным построением, своеобразной «химерой» является построение объяснения-«матрешки» (химера-«матрешка»). Это когда событию дают объяснение, которое само является необъясненным. А это необъясненное пытаются обосновать следующим недоказанным утверждением. Так, как будто, раскрыв одну «матрешку», находят в ней другую…
Нельзя считать, что ответ на вопрос дан, если этот ответ содержит еще более сложный вопрос: нельзя из одной «матрешки» извлекать другую, еще более крупную (а то и несколько крупных). Конечно, при расследовании при ответе на один вопрос, помимо ответа возникают другие, более мелкие вопросы (кроме ответа, «вываливаются» мелкие «матрешки»), ― на них тоже надо ответить. Расследование идет по верному пути, когда даются ответы на сложные вопросы, и сложные вопросы сводятся к более простым, на которые находятся обоснованные ответы. А когда ответы на сложные вопросы сводятся к еще более сложным вопросам, ― дело только запутывается, заводится на ложный путь, в непроходимый тупик.
Конечно, химерами расследования являются и все ложные и непроверенные факты, и лжесвидетельства, и низкая квалификация расследования (плохой сбор, плохая проверка фактов и связей). Несколько десятков «версий» аварии Дятлова покоились на непроверенных фактах и заблуждениях. Проверка фактов похоронила все эти «версии» и заблуждения.
Приведенный список «химер», конечно, неполный, ― эти только самые крупные. Всю эту шелуху надо отбросить, чтобы за ней увидеть картину событий, чтобы не уйти в сторону.
Вместо химер для расследования могут быть привлечены мощные «союзники», существенно помогающие восстановить картину событий. Какие союзники?
Конечно, это знание «среды» расследования, ― в данном случае, это особенности природной среды (где совершаются туристские походы), это особенности и проблемы поведения туристов в группах (свойства человеческой среды), особенности и свойства технической среды (очеловеченной природы, ― техники), помогающей людям в походах. Это знание дается опытом работы с «этими средами», внутри этих сред.
Очень помогают аналогии с известными случаями критических ситуаций и аварий в других походах. Конечно, каждая авария ― уникальное, неповторимое явление (обычно не укладывающееся ни в какие статистические рамки теории вероятностей). Но вот что интересно: если ее «разложить на составляющие», на «короткие версии», то почти для каждой такой короткой версии находится известный аналог, ― короткая версия в другой аварии. Отдельные «кирпичи», слагаемые ситуаций оказываются достаточно похожими, если о них знать. Чем больше таких примеров перед глазами следователя, тем проще ему увидеть ситуацию и в ней разобраться. Помогают и аналогии с авариями в других «сферах» деятельности, ― поведение и природы и людей в критических ситуациях и авариях может быть очень сходным…
