Он старался все делать на совесть. В видяевской квартире покрасил ванну в два цвета. Обои приклеил на потолок — а они взяли и отвалились.
— Вот заработаю денег и сделаем свадьбу! — сказал матери перед походом в Средиземноморье.
А после той «автономки» у него сильно испортилось зрение. Озорная Юлька поддразнивала жениха. Спрячется за спину, пощелкает пальцами:
— Сереж-жа, я — тут!
Фитереры — дружная семья. Окна квартиры Фитерер выходят во двор. Сережа всегда махнет рукой. Знал, что вслед ему смотрят. А когда познакомился с Юлей — уходили вместе, не оглядываясь.
— Смотри, смотри, Наташ, — смеялась Татьяна Ивановна, — он уже взрослым стал, на нас смотреть стесняется.
— И Юльку так смешно тащит за руку, как маленькую, — вторила ей дочь. Татьяна Фитерер приехала в Видяево вместе с дочерью из далекого Калининграда. Мать — сдержанная, замкнутая. Только все спрашивала, почему перископ поднят, значит, в центральном отсеке — вода? Командование отводило глаза и молчало.
Татьяна Ивановна всегда интересовалась крейсером. Какой он? Спрашивала о подробностях. Сережа не очень охотно рассказывал. Но он верил в свой «Курск». Как-то сказал:
— Не волнуйся, мам! Лодка надежная. А командир — просто профессионал. Мы сразу всплывем, если что…
Наташа — студентка университета. Юля тоже учится в институте.
— Упертый Козерог! — говорит про свою дочь Татьяна. Наташино горе проявилось самым неожиданным образом: она дала пощечину Ивану Нидзиеву.
— Ничего, — потер свою щеку Иван Иванович, — я ее понимаю. Хорошо, что мне, а не Командующему.
— Мамочка! Я такой счастливый! Такой счастливый! — говорил матери Сережа, когда узнал, что у него родится ребенок. — Скоро появится маленький Фитерерчик. Это будет Настя или Ярослав.
— Ну почему же Ярослав? — улыбалась Татьяна Ивановна.
— Мамочка! Как ты не понимаешь! Раз у него немецкая фамилия, то имя должно быть обязательно старорусским. Кто об этом подумает, как не я — отец!
Сережа всерьез увлекался историей и особенно русской историей.
Не суждено было старшему лейтенанту Сергею Фитереру увидеть сына. Ярослав Сергеевич Фитерер родился 31 января 2001 года.
Последний раз Юля с Сережей виделись в июне 2000 года. Так нестерпимо захотелось Юльке увидеть Сережу, что она сбежала из больницы и села в поезд. Билет купила уже на следующей станции. Она не успела сообщить о своем приезде. Но на мурманском вокзале ее ждал сам сюрприз — Сережа.
— Сережка! Как же ты узнал, что я еду?
— Я маме звонил, она мне сказала!
— Как здорово!
— Глупая, сумасбродная девчонка! — взял ее лицо в ладони Сергей. — Тебя же могли не пропустить на КП!
— Меня? К тебе? Это невозможно!
Невозможно было их разлучить. Но все же разлучница нашлась — нелепая чудовищная смерть!
Мне бесконечно жаль этого юного мальчика с его чистым любящим сердцем. И эту красивую девочку, которая все выдержит. Во имя любви! Такой короткой, как падающая звезда! И такой бесконечно длинной. Как жизнь!
Я рада, что Юлечку не сломило горе. Живет она в том же далеком Калининграде. Работает, воспитывает своего сына, часто видится с Татьяной Ивановной, у которой забот теперь — двое чудесных внуков. Сережина сестра Наташа вышла замуж и спустя шесть лет родила мальчика. Когда она видит, как они бегут по дорожке дачи, сердце ее тоскует и плачет.
Юля — одна из тех самоотверженных матерей, которые после смерти мужа, всю свою душу вкладывают в детей. «Сын для меня все!» — сказала она через год после рождения Ярослава. Тем не менее, она понимает, что мальчику нужно мужское воспитание, она живет в гражданском браке, работает в страховой компании.
Ярослав Фитерер — очень целеустремленный, весь в отца — старшего лейтенанта Сергея Геннадьевича.
Когда она прочла этот рассказ, сказала: «Просто супер!!! Все правда!»
Свой первый Новый год Олежка встречал на горшке. Старательно кряхтел и широко раскрытыми глазенками смотрел, как папа варит кашу. Он понимал, что для папы это дело новое, непривычное, и потому терпел, хотя есть хотелось сильно. Вскоре к папе присоединись его друзья, и три мушкетера склонились над кастрюлькой.
— Опять выливаем? Уже шестой раз! — возмущается Миша. — Ладно я, но ты-то, Борис, дока по части изготовления каш.
— Мы в последний раз масла много положили, — степенно отвечает Борис, отец со стажем.
— Масла, масла! А теперь что лишнее? — спрашивает Андрей.
— Он еще спрашивает? — удивляется Борис. — А кто водки в манную кашу налил?
Интересно, что такое водка, — думает маленький Олежка. — Вкуснее от нее каша или нет?
Такого веселого Нового года у трех мушкетеров еще не было.
— Мы все время хохотали, — вспоминает Женя.
— Мы тогда еще не знали, что… — добавляет Ирина, — она сглатывает комок, — что год будет таким ужасным.
Это был 2000-й!
