– Это только начало. Наше начало. Твои успехи поражают, Белоснежка. Я хочу больше, – выдыхает мне в губы. Он целует, облизывает, кусает их, заставляя моё тело снова очнуться. Оно просыпается, толкая мой язык навстречу его, и я падаю всем сознанием в жаркий поцелуй. Голодный. Сильный. Страстный. Какое-то жужжание внезапно наполняет низ живота. Механизмы на моём клиторе и в анальном проходе начинаются медленно вибрировать.
– Лазарро…
– Эта ночь моя. Твоё чудовище хочет всю тебя, Белоснежка.
Мутнеющим взглядом вырываю улыбку Лазарро. Он отпускает мою голову. Я скулю от того, как моя кровь снова устремляется к низу живота. Я возбуждаюсь. Лазарро входит в меня. Его член медленно двигается внутри. Сжимаю губы, глухо вою от усталости. Но тело несогласно со мной. Оно умоляет о продолжении. Удар приходится на мою и без того зудящую ягодицу. Вскрикиваю. Спина выгибается дугой, но руки натягивают ремни, и я падаю обратно. Вибрации ускоряются, как и фрикции Лазарро. Его член с хлопками входит в меня. Он утопает в моей смазке. Я даже слышу это. Удары вновь сыплются на мою кожу. Он щиплет её, а я кончаю. Я не могу больше… снова и снова. Он без устали берёт меня, одаряет болью и наслаждением. Энергия прибывает и вырывается наружу с каждым криком, с каждым стоном. Моё тело покрывает пот. Поцелуи смешиваются с ароматом похоти наших тел. Меня возносит на небеса. Я словно теряю сознание, отделяясь от своей телесной оболочки, и замираю. Я меняюсь… и вижу словно со стороны, как Лазарро трахает меня. Утягивает ремень на моей шее, перекрывая доступ кислорода. Я задыхаюсь, но всё равно рвано дышу. Мне больно, но так сладко. Я хочу бежать, но двигаюсь навстречу его члену, лупящему меня с невероятной силой. Я пытаюсь свести ноги, но лишь раздвигаю их шире, заглатывая его член в себя. Я хочу умереть от переизбытка удовольствия, но живу. Я хочу просить его остановиться, но телом и стонами умоляю продолжать и открыть мне врата нового мира. Я больше не в силах утопать в оргазмах, но я облизываю губы и шепчу: «Ещё».
Всё становится бесконечным. Круги ада. Шлепки. Боль. Крики. Хрипы. Сперма. Его поцелуи. Мои конвульсии. Всё повторяется. А я умираю каждый раз, желая, чтобы он возродил меня в своих руках…
Приятная усталость покрывает каждую частичку моего тела. Оно парализовано изнутри, но ему так легко снаружи. Слабая улыбка появляется на моих губах, когда трусь щекой о подушку. Лёгкий бриз ласкает обнажённое тело. Сначала не могу вспомнить, почему мне настолько хорошо, но потом, по мере того как просыпается сознание, я вспоминаю. Лазарро. Алый свет. Вибрация на моём клиторе и в анальном отверстии. Его член: то внутри меня, то перед моим лицом, то у меня во рту, то снова рядом. Его губы на всех частях моего тела. Полная обездвиженность. Смерть. Крики. Хрипы. Стоны. Всё это слилось в один долгий коридор из удовольствия, по которому я шла очень долго, пока не стало темно.
Моего позвоночника что-то слегка касается.
– Щекотно, – шепчу я. Горло так болит. Его дерёт. Ещё бы… столько кричать, визжать, стонать, выть и скулить.
Приоткрываю глаза, вижу Лазарро, лежащего на боку рядом со мной в кровати. Он водит пальцем по моей спине и улыбается. Наши взгляды встречаются, а в глубине его глаз словно яркий огонь горит.
– Уже четыре часа дня, Белоснежка. Мне стало очень скучно без тебя, – говорит, продолжая водить пальцем по моим обнажённым плечам. Затем убирает волосы с моего лица и касается щеки.
– Я ещё жива… мне казалось, что вчера я умерла.
– Так и было. Прошлое умерло, а вместе с ним и часть тебя. Теперь это место пустует, и ты заменишь его чем-то другим. Как себя чувствуешь?
Прислушиваюсь к своим ощущениям.
– Между ног всё как-то странно… словно продолжает пульсировать. Как будто у меня там сердце. Или это пульс. Не знаю. Зудит ещё так, – признаюсь я.
Лазарро усмехается, и вид у него такой довольный.
– Ты удивлена? Ты кончила двадцать три раза. Я трахал тебя одиннадцать раз. Отключилась ты около семи утра, потеряв сознание от переизбытка удовольствия.
– Что? – шепчу совершенно шокированная, приподнимаясь на локтях, и кривлюсь от неприятных ощущений на ягодицах и между ног.
– Такое, вообще, возможно? Это же… это… сколько часов? Уму непостижимо. И ты ни капли не устал? – добавляю я.
– До сих пор жду, когда устану. Нет. Большую часть дня я смотрел на тебя и долго держался, чтобы не разбудить. Ничего не помогло, я пытался даже плавать, но без тебя это так скучно. Никто не надоедает своим зудением над ухом. Никто не бросает мне вызовов. Тишина. Бесит, – недовольно выговаривает Лазарро.
Прыскаю от смеха и качаю головой.
– Ты сумасшедший, но я хочу знать, что ты со мной вчера сделал. Ремень я помню, но потом… внутри меня всё жужжало…
– Да, очень интересная игрушка. Мы ещё и другие попробуем. Это был массажёр клитора и анального прохода. Я разрабатывал тебя для своего члена. Он очень хочет попасть в твой зад. Безумно. И раз у тебя всё остальное болит, то это…
