– Поэтому он арендовал целый ресторан?
– Он пойдёт на всё, чтобы женщина принадлежала ему, – кивая, Амато везёт меня по тёмным дорогам.
– Разговор. Он сложный, да? Поэтому вас пригласили? – интересуюсь я.
– Нет. Он обычный, но, зная, насколько вспыльчив Лазарь, и как Ренато нравится его выводить из себя, тем более Босс взял и тебя, Лавиния, мне пришлось приехать на приём по собственному желанию. Порой нужно кому-то остужать пыл Лазаря, а я практически вырастил его, поэтому знаю нужные рычаги давления, чтобы всё решилось не кровопролитием, а как-то иначе.
– Наверное, вы очень долго этому учились. Сохранять спокойствие между двух огней.
– Кто-то рождается, чтобы зажечь пламя. Кто-то, наоборот, чтобы его гасить. Лазарь очень похож на своего отца. Но ещё более импульсивен и горяч. В нём больше крови и генов отца, чем от матери. Эта девочка была слишком слабой духом, чтобы выдержать все тяготы нашего мира, но мой друг думал, что она привыкнет. Тонкая душевная психика. И я считал, что у тебя такая же, но, слава богу, нет. Ты сильная.
Благодарно улыбаюсь от слов Амато.
– Благодарю вас за доброту ко мне. Порой нужно услышать, что ты не никчёмная шлюха.
Амато смеётся, и машина плавно тормозит и останавливается у незнакомого здания. Я вижу распахнутые двери и контролёра у входа.
– Шлюх в этом мире намного больше, чем ты думаешь, Лавиния. Некоторые мечтают об этом, некоторые становятся ими, чтобы воплотить свою мечту в жизнь.
Амато выходит из машины и открывает дверь, предлагая мне руку. С улыбкой облокачиваюсь на неё, и он ведёт меня внутрь здания. Расписавшись в каком-то формуляре, он протягивает мне ручку.
– Это соглашение о том, что ты ознакомлена с правилами. Экспонаты руками не трогать. Не ломать. Не делать зарисовок. В общем, не портить дорогое имущество, – поясняет Амато.
– Понятно, – черкаю свою подпись.
Мы оказываемся в ярко освещённом зале, отделанном в дворцовом стиле, с расположенными за стёклами и на стенах экспонатами.
– Почему Лазарро попросил привезти меня сюда? – шёпотом спрашиваю Амато, направляясь за ним по широкой мраморной лестнице, находящейся справа.
– Предполагаю, он хочет сделать подарок для тебя. Именно за этим я и привёл тебя сюда, чтобы ты осмотрелась, – с лёгкой улыбкой отвечает он.
– Подарок? Я никогда не просила о подарках, – кривлюсь.
– Мужчинам не нужен повод, чтобы сделать подарок. Они его делают, когда огонь бушует в сердце. А также никакие просьбы не заставят их что-то подарить, если они сами этого не хотят. Зачастую женщине не нужно произносить ни слова, чтобы мужчина бросил к их ногам весь этот мир, как и самые дорогие украшения.
Мы проходим мимо нескольких комнат. Я вижу в них людей, с интересом рассматривающих картины. На самом деле посетителей для этого времени суток много, что довольно странно. Но видимо, из-за дождя только такие развлечения для туристов и остались.
Амато вводит меня в небольшой зал. Здесь приглушён свет, и повсюду стоят стеклянные кубы, внутри которых на специальных подложках крутятся невероятно дорогие колье, серьги, запонки и браслеты. Диадемы, короны и даже хрустальные туфельки.
– Предполагаю, что именно на это положил глаз Лазарь. – Амато указывает кивком головы на изысканное украшение в виде нескольких рядов крупного жемчуга, лежащее на бархатной подставке. И только с самого нижнего ряда свисает капля чёрного цвета.
– О Господи, – восхищённо шепчу, вспоминая слова Лазарро о том, что я похожа на жемчуг. Это очень романтично.
– Цена этой прелести три миллиона долларов.
– Боже мой. Это чудовищно много. – Шокировано прикладываю ладонь ко рту.
– Для Лазаря – нет. Это лишь капля в бескрайнем океане его бюджета. И могу заметить, что это впервые, когда он собирается купить поистине королевское украшение для женщины, которая даже не является его любовницей.
Краснею от его замечания.
– Мне это не нужно, – отвожу взгляд от колье. – Я бы хотела уйти отсюда.
– Хорошо, я сообщу об этом Лазарю, но прежде… – Ладонь Амато ложится на мой локоть, и он приближается ко мне. – Я хотел бы поблагодарить тебя.
– За что? – удивляюсь я.
– Моя дочь…
Господи, я совсем забыла о Бруне.
– Благодаря тебе она жива. Я знаю, что она должна была быть мертва за то, что нарушила приказ Босса. Такие правила. И я бы не смог возмутиться решению Лазаря, но она моя дочь. И я от всего сердца благодарен тебе за то, что ты сделала для неё. Я этого не забуду. Никогда не забуду. Ты хорошая и добрая женщина, поэтому не позволяй им убедить тебя, что здесь есть место для тебя. Моя дочь тоже надеялась на то, что придёт тот день, и Лазарь увидит – она та самая. Нет. Береги себя, дорогая, – Амато целует меня в лоб, и моё сердце сжимается от искренней заботы обо мне. – Позвоню Лазарю.
Киваю Амато. Он отходит на пару шагов, а потом тяжело вздыхает.
– Чёрт, постоянно забываю заряжать этот новомодный телефон, – он обеспокоенно крутит в руках мобильный с потемневшим экраном. – Никак не могу к этому привыкнуть. Бруна всегда ругает меня за то, что я не хочу следовать моде, – печально вздыхает он.
Достаю из сумочки свой мобильный и протягиваю ему.
