— Мне кажется, да… — после короткого молчания так же тихо ответила она. — А понимаете ли вы, что женщина, изображающая на сцене влюбленную восемь раз в неделю, считая утренние представления в течение многих лет, может в такую минуту разрыдаться?.. Нет… нет… Тернер может увидеть! Не надо!.. Не целуйте меня!
Если бы спросили Тэба, что произошло потом, он не смог бы ответить: он помнил лишь, как прядь золотых волос коснулась его губ, помнил пленительный холодок милой щеки…
— Завтрак подан, барышня, — провозгласил внезапно выросший перед ними дворецкий.
Это был пожилой человек с бесстрастным бритым лицом. Он, казалось, не видел ни Тэба, ни своей госпожи.
— Отлично, Тернер, — ответила молодая женщина.
После того как слуга ушел, она сказала:
— Тэб, я думаю, что мой дворецкий никогда не простит себе того, что поступил на службу к актрисе! Хорошего же он будет мнения обо мне!
— Да, это ужасно! И единственное, что может спасти вас в его глазах, это объявление о нашей помолвке, — с восторженной усмешкой заявил журналист.
Тэб вернулся в город счастливейшим человеком. Придя в редакцию, он засел за длинное письмо своей невесте.
Ночной редактор, заглянув в дверь, решил, что молодой журналист готовит объемистую статью: на столе Тэба лежало уже с полдюжины исписанных листов.
Недоразумение выяснилось позже.
Не удовольствовавшись посланием, Тэб прибавил к нему еще семь страниц постскриптума.
На следующее утро погода испортилась: лил дождь, температура упала до двенадцати градусов. Несмотря на это, Тэб с удовольствием отправился бы на мотоциклете в Стон-коттедж.
Однако, подавив глубокий вздох, он пошел навестить Рекса.
Лендер тотчас же стал рассказывать ему о своей новой постройке.
— Вы знаете, где я решил построить свой новый дом? — начал он. — Я построю его на холме, поблизости от виллы мисс Эрдферн.
— Конечно, я знаю этот холм, — с усмешкой прервал его Тэб. — Но, увы, он уже занят…
— Вы говорите про И Линга? — пренебрежительным тоном заметил молодой миллионер. — Я перекуплю у него этот участок земли вместе с его дурацким храмом…
Тэб покачал головой.
— Боюсь, что вам едва ли удастся убедить И Линга продать участок, — заметил журналист. — Он не меньше увлечен своей постройкой, чем вы своей.
— Пустяки, — рассмеялся Рекс. — Вы забываете, что я теперь весь состою из кредитных билетов.
— Отнюдь нет, — возразил журналист. — Но я слишком хорошо знаю И Линга…
— Как жаль! — воскликнул Рекс. — Мне так нравится это место! В первый раз я увидел его давно, еще до того, как узнал, кто такая мисс Эрдферн и что она живет рядом. И подумал: «Как хорошо было бы выстроить себе дом на этом холме!» Кстати, как поживает мисс Эрдферн?
Тэб помолчал мгновение и спокойно сказал:
— Она — моя невеста.
Рекс опустился в кресло и долго, ошеломленный, смотрел на своего друга бессмысленным взором.
Опомнившись, он вскочил с места, с горячностью пожал руку Тэбу и с преувеличенной восторженностью крикнул:
— Счастливец! В то время как я путешествовал, вы ухаживали за предметом моей страсти! По этому случаю нужно выпить! Я искренне рад за вас, старина, и желаю вам счастья…
Тэб облегченно вздохнул: он боялся огорчить своего друга.
— Расскажите же мне подробно о своей помолвке! — продолжал Рекс, раскупоривая шампанское. — Конечно, я буду вашим шафером…
Когда друзья выпили по бокалу, Рекс все с тою же восторженностью заметил:
— Как жаль, что участок этот занят… Я подарил бы вам свой дом! Да! Это был бы достойный свадебный подарок! Я еще попытаюсь его убедить!
На следующий день Тэб поспешил в Стон-коттедж.
— Я все рассказал Рексу! — воскликнул он, входя к своей невесте.
Улыбка мгновенно исчезла с лица мисс Эрдферн.
— Вы недовольны, Урсула? — смущенно спросил Тэб. — Вы не хотели, чтобы я говорил ему об этом?
— Он был очень огорчен? — быстро спросила мисс Эрдферн.
— Как это ни странно — нет! Он еще слишком юн, чтобы чувствовать глубоко…
Лицо мисс Эрдферн озарилось улыбкой, и Тэб, глядя в ее прекрасные глаза, воскликнул:
— На месте Рекса я возненавидел бы несносного Тэба Холланда!
— Рекс более благоразумен, чем вы думаете! — с улыбкой ответила молодая женщина. — А теперь пойдемте в сад, мне о многом нужно переговорить с вами. Чем больше я буду откладывать, тем труднее мне будет потом рассказать вам все…
Когда Тэб усадил свою невесту в плетеное кресло, она в упор посмотрела на него и твердым голосом произнесла:
— Тэб! Я убила Джесса Трэнсмира…
— Что?! — воскликнул ошеломленный Тэб.
— Я убила Джесса Трэнсмира, — все так же спокойно повторила мисс Эрдферн. — Я убила его не собственными руками… Однако я ответственна за его смерть в такой же мере, как если бы своими руками убила его…
Тэб смертельно побледнел.
— Что с вами? Я, быть может, напрасно сказала вам это так, без всякой подготовки… — прошептала мисс Эрдферн, схватив молодого человека за руку.
— Объясните мне… я хочу знать все…
— Хорошо. Только успокойтесь, пожалуйста.
Мисс Эрдферн усадила своего жениха в кресло подле себя и тихим голосом сказала:
— Я уже давно собиралась рассказать вам то, что вы сейчас услышите. Вы должны знать все…
