– Тебя предадут все, кого ты любишь. Тогда ты и передумаешь. А пока – приглядывай за племянниками и знай: я всегда рядом, – с этими словами он легко коснулся моего лба губами и ушел прочь.
Я за ним не побежала в этот раз. Не смогла. Его слова о предательстве ударили так, что я на ногах не устояла. Осела на кусок скалы с морозной коркой сверху, прислонилась лбом к ледяной глыбе. Вот тебе и поцелуй! Состоялся. Но я точно знала, что Адам лукавит – так и вышло. Он лишь слегка мазнул губами по лбу, чтобы слова свои подтвердить, юмор у него такой.
Но замечание о предательстве… оно было настоящим. Страшным. Даже Адаму было больно, он-то отлично знал, насколько пострадаю я. Знал, и все равно не предупредил, как этого можно избежать. Потому что точно знает, что будущее не изменить? Или я должна пройти этот путь, чтобы оказаться рядом с ним?
И от этого только страшнее.
Тот страх, что прилепился ко мне еще в Гезелькроосе, теперь пустил корни. Грозил разрастись. Раньше я раздумывала без конца, как же так выйдет, что я окажусь с Адамом, меня пугала неясность. Теперь вот будет страшить предательство. Я ведь даже успокоить себя не могу, не могу убедить, что Адам – лжец и манипулятор. Он говорил правду. Меня предадут все, кого я люблю. А кого я люблю? Семью, несмотря на все сложности. Может, не отца с матерью, но точно дедушку и сестер. Ребят, мы близки друг другу. Даже советника можно включить в короткий список. Все равно больше некого.
– Таната!
Я вздрогнула и обернулась: рядом стоял Алекс. Судя по всему, стоял уже давно.
– Что?
– Как поболтали?
– Отлично. Адам сказал, что ты предашь меня, – и я уставилась в черные глаза-бездны. – Ты собираешься предать меня, Алекс? Ответь прямо сейчас.
– Не советую вот так на каждого по очереди глазеть и спрашивать, – выдал он без выражения. – Напугаешь всех понапрасну.
– Ты не ответил на вопрос.
– А что я должен ответить? Начать драть на себе волосы и говорить, что никогда и ни за что? Обещать? Это глупо. Как и твой вопрос в лоб.
– А что умно?
– Быть начеку.
Не знаю, в пророчестве ли дело, но неприятности посыпались на меня буквально после возвращения в замок.
– Леди Таната, вас ждут наверху.
Судя по загробному выражению лица служанки, ожидал меня отец. От несвоевременной новости мое лицо тоже сделалось загробным, я на непослушных ногах отправилась в отцовский кабинет.
Отец знал все. Как я раз за разом обманывала охрану, как сбежала из замка, чтобы встретиться с тем самым Адамом. О смерти Вильмара тоже прознал. Отец все говорил и говорил, монотонно и бесстрастно, только эмоции выдавали. Он рвал и метал, глубоко внутри. Но не имел права показать это как настоящий живой человек, такое не пристало мужчине из рода Альмар.
Я молчала. Слушала. Принимала наказание. Слежка, контроль… еще один обман – и я вылечу из замка быстрее, чем наступит следующий снегопад. Он, к слову, начался, пока отец распинался. А мои мысли все прыгали вокруг предательства, время от времени отмечая детали.
– Перед ужином я распорядился собрать твоих друзей у порталов. Идем, нехорошо заставлять людей ждать. – Отец поднялся и кивнул мне на дверь.
– У порталов?
– Ты слышала, Таната. Не стоит переспрашивать и выставлять себя глухой.
– Как скажете, отец.
Нас и впрямь ждали. Все, кроме Мартина – он куда-то запропастился. Слуги с мертвецки бледными лицами долго переглядывались, прежде чем сообщить это отцу. Но тот, кажется, не особенно расстроился.
– Мы поговорили с Танатой, уверен, она донесет мою мысль до остальных. Но мне бы хотелось, чтобы вы присутствовали. – Он едва заметно сделал знак одному из слуг. Тот кинулся за дверь, вернулся уже не один, а ведя под руку Оррена, моего стражника. За ними двигались еще люди из охраны.
– Жизнь моей дочери подверглась угрозе благодаря некомпетентности человека, которому я доверял больше, чем кому-либо. Я не стану его судить, это дело богов. Но я надеюсь, все, здесь собравшиеся, сделают выводы. В портал его!
– Отец! – я кинулась наперерез слугам, сопровождающим Оррена к порталу. – Отец, он не мог знать, что будет! Он делал свою работу добросовестно и смело.
– Значит, боги его наградят за это. Уйди с дороги, Таната.
– Нет.
– Ты ничего не исправишь. За тобой будущее, в котором не будет места для ошибки. Уверен, ты достаточно умна, чтобы учиться.
