Стоящий передо мной Алекс вдруг приобрел размытые очертания, я поняла, что из глаз у меня уже давно льются слезы. Злые слезы, мне хотелось крушить все вокруг и кричать во все горло.
Я вытерла лицо рукавом.
– Надеюсь, все, что ты сделал, того стоило.
– О, не сомневайся.
– Отлично. Порадуешься, сидя в камере.
Алекс рассмеялся.
– И кто же меня туда определит, Таната?
– Я. И он, – я указала на дверь, та в тот же момент распахнулась и на пороге появился Мартин. На его лице читалась готовность спасти меня ото всех бед и злодеев.
Увидев нас с Алексом, Мартин нахмурился.
– Что здесь происходит?
– Сама расскажешь? – с невинной улыбкой предложил Алекс. Он выглядел беззаботным и довольным, будто ничего особенного не происходило. Он даже на кресло присел и расслабленно назад откинулся!
Не так должны вести себя люди, которым королевская тюрьма грозит, далеко не так. И это беспокоило.
Стараясь не упускать из виду Алекса, я ответила:
– Он убийца. Алекс убил деда.
Мартин растерялся настолько, что даже вопрос не смог задать.
– Это он, – продолжила я медленно. – Он один из детей, над которыми дед проводил эксперименты по усилению дара, которых держал в заключении. Алекс сбежал, когда был совсем маленьким, а я ему помогла. И теперь мальчик из темницы вернулся, чтобы отомстить моей семье. Он подговорил Таллулу убить Вильмара, как-то убедил ее, подтолкнул к этому. Он убил всех тех людей в столице. И он… врал насчет своего дара все это время.
Повисла тишина, Мартин всеми силами пытался переварить услышанное.
Во второй раз он даже смог выдавить вопрос.
– Что?
– Понимаю, звучит безумно… но ты многого не знаешь! Помнишь, я говорила, что в ситуации с Никой все сложнее? Она пыталась раскрыть его, она заметила несостыковки с его даром, с его… эмоциями! И она устроила ту проверку. Алекс попался… а дальше одно к одному, все сложилось, как только правда вылезла наружу. Я начала отмечать все, что раньше пропускала. Алекса не было в подвале с нами… и Тиван! Тиван не видел мальчика рядом со мной в прошлом, только слышал, как я с ним разговариваю. Понимаешь?
– Я не… ты замочил ее деда? – Мартин сосредоточился на обвиняемом.
Тот поднял брови в недоумении.
– Спятил?
– Но…
– На самом деле, ты пришел вовремя, мы как раз обсуждали все, – тяжело вздохнул Алекс. – Таната прибежала сама не своя, посыпались обвинения… думаю, хорошо, что мы больше не наедине. Вместе мы найдем выход, все обсудим.
– Какой еще выход? – рявкнула я и повернулась к Мартину. – Проводим его до портала и сдадим советнику Стрейту. Я уже его предупредила, уверена, мое послание до него дошло, и он нас ждет… и пусть Стрейт сам его допросит. Или вы вдвоем, а я поприсутствую, все-таки речь о моей семье.
– Скорее речь об Адаме, – Алекс оттолкнулся от кресла и встал. – Как всегда в последнее время, речь о нем. Он давно уже нависал над нами тенью, и вот плоды его деятельности, – он кивнул на меня. – Он втерся к тебе в доверие, Таната, неужели ты не понимаешь? Он пичкал тебя сказками о счастливом будущем, и вот результат: ты уже готова верить каждому его слову. Поверила в дикую историю о том, что я – убийца, хотя как долго ты с Адамом знакома? Дня три? А со мной ты прошла через многое, я защищал тебя от Вика, я был рядом каждый раз, когда требовалась помощь. И после этого ты кидаешься такими обвинениями. Что же будет дальше, интересно? Мартина тоже в список подозреваемых запишешь?
Как он все перевернул, а! Мы с Алексом смотрели друг на друга. В моем взгляде плескалась ярость, уверена, будь моя магия сильнее, я бы испепелила Алекса на месте. А он… смотрел с сочувствием и желанием помочь. Фальшивая игра, такое я бы и раньше заметила.
А вот Мартин таких очевидностей не заметил и беспомощно посмотрел на меня.
– Это все правда?
– Что? Нет, конечно!
– Я… – он с сомнением посмотрел на Алекса. – Не знаю.
Главное в такой ситуации – взять себя в руки. И попытаться донести до Мартина все без истерик и воплей, иначе он решит, что я неадекватна и вообще, плохо пережила события в подвале. Алекс манипулирует, причем в большей степени мной, он ждет, что я начну топать ногами и тыкать в него пальцем, утверждая, что он здесь злодей и вообще, переигрывает. Может, он и переигрывает-то специально?
Я сосредоточилась на Воине, смотрела на него, умоляя мне поверить.
– Он лжец, Мартин, он всегда врет. Не смотри на его невинное лицо. Неужели ты думаешь, я бы стала кидаться
