Теперь настала очередь Рика держать паузу, пока он, наконец, не выдавил:
– Что она сделала?!
–Я метац икру! – тут же живо отозвался детский голосок. – У меня её было во-оот стока! Целый трюм! Я всё метац!
– Алмазный песок! – сразу дошло до капитана. – Но… как?! У нас же не было ничего, чтобы запустить реакцию на взрыв!..
– Я ещё метац какашки! – с распирающей гордостью пояснила Барра. – Икра и какашки делали БА-БА-АХ!!!
Рик окончательно пришёл в себя и вытаращился на заметно смутившегося Дика. Тот начал что-то мямлить про реактивы и синтез, но Моэра небрежно махнула рукой, обрывая его. Наклонилась чуть ниже к Зубастому и сказала:
– Слушай, волчонок, тебе не кажется, что это можно отложить на потом? Мне вот кажется, у твоей команды есть более… насущные вопросы.
Рик уставился сначала на неё. Потом медленно обвёл взглядом лица скучившихся вокруг него пиратов. Как бы ему ни хотелось себя убедить, но перебранку с генералом Фенром (отныне покойным, во веки веков, аминь!) слышали весь экипаж.
…океан раскинулся до горизонта, насколько хватало глаз. На этот раз он не был похож на отполированное стекло: рябь вдалеке заставляла его искриться и переливаться в лучах солнца, менять оттенки, если на поверхность падала тень от быстро пробегающих облаков. У горизонта и вовсе бродила гроза, однако к берегу явно не собиралась поворачивать.
Лёгкий бриз, напоенный запахом близкой воды и каких-то цветов, ненавязчиво раскачивал ветки невысоких искривлённых деревьев, упрямо растущих чуть ли не на краю обрыва. Названий им Рик не знал, как ни пытался вспомнить. А может, он попросту никогда не видел такие растения: извивающиеся стволы в причудливых разводах золотисто-зелёного. Кроны состояли не из привычных листьев, а из тонких плотных трубочек, колыхавшихся под порывами ветра, словно морские актинии. Просвечивающие на свет, эти трубочки меняли цвет подобно капризному камню александриту : с зелёно-голубого до почти чисто розового.
Рик покачал головой, решив не заморачиваться на причуды местной флоры. Хватало и того, что вообще всё окружающее сильно изменилось с прошлого визита. Рик подался вперёд, глядя вниз, на уютную песчаную лагуну, обрамлённую невысокими живописными скалами, дырчатыми как элитный сыр. Вода там была замечательно-прозрачная, так что дно просматривалось на приличную глубину. То и дело над донным песком проносились шустрые тени; рыбы в лагуне было предостаточно и совершенно непуганой. Чем и пользовался Одноглазый Дик, с удобствами устроившись на корме пришвартованной неподалёку от берега заруки. Киборг с азартом предавался рыбалке, пользуясь обычной удочкой и накрошенным в воду хлебом.
Рик хмыкнул себе под нос, напоминая, что именно на Милашке Сью, этой райской планетке для гедонистов, рыбалка была одним из разрешённых видов спорта. И Дик в те времена, свободный от дежурств в «Кошачьей лапке», самозабвенно отдавался любимому хобби. Промотавшись почти десять лет вдалеке от любых морей, сейчас киборг навёрстывал упущенное. И его совершенно не смущало, что забрать улов с собой не получится.
Рик отвёл взгляд от Одноглазого, быстро оглядел кораблик, мирно покачивающийся на волнах, словно бы дремлющий. Потом посмотрел на компанию, устроившую на песочном пляжике какие-то бессистемные то ли игрища, то ли соревнования. Победителя в них, как уяснил себе капитан, не предвиделось. Главное был сам процесс. Рик даже не пытался более вникнуть в происходящее, позволяя команде снимать стресс всеми доступными способами. Главное, чтобы раздухарившись, они не позашибали друг друга. И не забыли потом выкопать из песка Ярраша, явно довольного этим. Сказывалась истинная природа змеелюда, хотя на изнанке он выглядел обычным человеком. Любят всякие рептилии погреться или на камнях, или вот зарывшись в горячий песок.
– Какая идиллия! – раздался сбоку насмешливый голос. – Прямо детский сад на прогулке, ей же ей! Ладно, волчонок, сам ты к ним присоединиться не хочешь. Тогда давай продолжим. На чём мы там остановились?
– Может, потом? – протянул Рик, покосившись на сидящую рядышком Моэру.
– И то, что было – набело откроется потом26? – с привычной ироничной улыбкой, отозвалась та и отрицательно покачала головой. – Не-ет, мой дорогой капитан. Ты уже и так секретов накопил, что ещё чуть – и ни берега, ни дна не останется, чтоб начинать сначала27. Давай подытожим то, что ты уже успел рассказать. – Она села, откинувшись на отставленные за спину руки, подняла лицо к небу и слегка распевно начала: – Офицер галактической военной полиции, лучший студент своего выпуска, с отличным послужным списком. Дошёл аж до звания майора, сколько-то там героических деяний и боевых операций за могучими плечами, великолепные перспективы дальнейшего роста… И вдруг – подался в пираты и стал преступником номер один в личных списках некоего белого волчьего генерала! Что ты такого натворил, радость моя? Позарился на его роскошные эполеты? Увёл женщину? Плюнул в стакан виски, в конце-то концов?! Или что там у вас, у волков – пометил чужую территорию?
