Маркиза грозно сверкнула на меня своими фиолетовыми глазами и показательно замолчала. Обиделась. Я знала, что она не имела ввиду ничего плохого, и все же не стерпела. Так уж сложилось, что гены-носители магии были рецессивнее некуда. И у полукровок вроде меня магии обычно не было. Видимо, среди предков мамы тоже затерялись чародеи, раз уж я могла хотя и слабо, но колдовать. Чтобы родился маг, оба родителя обязательно должны были быть магами. Магическое общество переживало за свое существование, якобы в недалеком будущем чародеи могут просто выродиться. Как по мне, страх был неоправданным. По результатам прошлогодней переписи населения, магией обладали почти два миллиарда представителей планеты Эрис. И пятьсот миллионов среди них чародеи и ведьмы.
Если кому и нужно было беспокоиться о вымирании, так это малым народам Исьбири. Я, кстати, писала о них реферат в прошлом семестре. Например, представителей цыэнов осталось всего двести человек! Печальная история.
Тем временем, бабушка продолжала так же молча сидеть за столом, не забывая при этом тяжело вздыхать. Маленькая старая манипуляторша. Тем не менее, я очень сильно ее любила.
– Прости меня, – примирительно улыбнулась я. – Порой я бываю слишком резка. Не хотела тебя обидеть.
– Я искренне верю, – начала бабушка строгим голосом, – что все расы и народы равны. Мы все разные – и этим бесценны.
– Знаю, – улыбнулась я.
Для приличия бабушка еще немного попыхтела и успокоилась. Бабушку было очень легко обидеть, однако она могла так же быстро отпустить обиду.
– Ладно, – уже более приветливо начала она. – Но ты ведь можешь влюбиться в чародея?
– Могу, – вздохнула я и вспомнила Маркуса. Маркус был обычным человеком. Однако бабушка не знала о его существовании. И вряд ли узнает. К тому же, наши романтические отношения остались давно в прошлом.
– Тем более в твоей новой академии полно хорошеньких герцогов и графов. Твое юное девичье сердце обязано затрепетать!
Я уже говорила, что бабушка была большой поклонницей женских любовных романов? Если нет, то скажу сейчас. Бабушка жизни себе не представляла без этих книг. Окончательно подсела на эмоции первой влюбленности, которые в ней вызывали истории, столь умело написанные талантливыми авторами. Я тоже, признаться честно, недалеко от нее ушла. Могла за хорошим романом и рассвет встретить. Правда, потом всегда об этом жалела. Вставать на пары после трех часов сна было такое себе удовольствие. Однако, в отличие от бабушки я знала, что мужчины, готовые весь мир положить к твоим ногам, существовали только на страницах книг. К сожалению, женщины пока умели только писать идеальных мужчин. Но никак не родить и воспитать.
Шатти бы меня сейчас закидала за такие слова книгами. Теми самыми, на страницах которых обитали саркастичные темноволосые принцы обязательно при деньгах.
– Вот влюбишься в какого-нибудь маркиза, – мечтательно закатила глаза бабушка, – тогда уже я буду смеяться.
– Обязательно, бабулечка! – широко улыбнулась я, аж мышцы лица заболели. – Влюблюсь в чародея в сотом поколении, и обязательно, чтобы был не ниже графа. Я бы даже на принца замахнулась, но маловат еще. Пока я дождусь его брачного возраста, успею стать старухой. Такой же очаровательной и милой старушкой, как ты, бабулечка.
Не удержавшись, маркиза рассмеялась, хотя и пригрозила мне пальцем.
– Только, пожалуйста, давай я сама найду себе пару?
Бабушка согласно кивнула, однако фиолетовые глаза подозрительно заблестели.
– Я так понимаю, суп ты доедать не будешь, – разочарованно протянула бабушка. Уж очень она любила меня кормить. Даже сама готовила к моему приезду. – Давай посидим вместе в саду. Жара, должно быть, уже спала.
Действительно, дневной зной спал, однако воздух все равно был теплым и стоял на месте. Ни намека на ветер. Л-е-е-е-то… Душное, влажное, с дрожащим воздухом, что даже в городах можно было увидеть миражи. Маркус даже писал, что у них асфальт в Ус-Мирате начал плавиться. У магов же в городах была брусчатка, а она, как правило, не плавилась.
Однако даже у такой удушающей жары был один несомненный плюс. В воздухе не было ни единого комара! Уж поверьте мне, комары, напившиеся магической крови, та еще радость. Просто так их не прихлопнешь.
Бабушка сразу направилась в свой любимый цветочный сад. Сюда вход профессиональным садовником был запрещен. Оно и к лучшему. У бабушки получалось даже лучше. У сада была душа. Тут даже феи обитали, которых больше нигде в приусадебном участке не было.
Сели под старой яблоней, у которой в прошлом году пришлось отрезать одну из больших веток. Она почему-то засохла, что очень расстроило бабушку. Напротив нас, чуть правее, росла моя сосна. Папа ее посадил, когда я сделала свой первый шаг. В детстве я даже бегала к ней, чтобы рассказать о всех своих горестях и наплакаться вдоволь. Вот смотрела я на сосну, и настроение поднималось.
