— Сумка, — пробормотала она себе под нос.
Она стала быстро рыться в сумке и вытащила зеленую свинцовую шкатулку.
Пока Лииса что-то говорила, Ида взяла Девичий камень в руки и пошла к волкам, удивляясь собственной решимости.
Не играет никакой роли, хуже, чем есть, уже не будет!
Волки что-то почуяли и немного отпрянули, их явно застали врасплох. Пара собак также привстала. Ида продолжала обходить их вокруг, поднося камень настолько близко к волкам, насколько у нее хватало смелости.
Один за другим волки отошли на несколько шагов назад, они стояли и смотрели, словно почувствовали неуверенность или их парализовало. Ида вдруг подняла камень над головой, как наградной кубок, и осторожно села обратно в сани.
Все собаки опять были на ногах. Лассе тотчас тоже сел в сани.
— Вроде срабатывает — худо-бедно… А теперь быстро! — сказала Ида, умоляющее посмотрев на Лиису. — Ша-ка?
— Ша-баа-лаа-каа-тааа-ра-са! — закричала Лииса, все время щелкая кнутом. И словно по сигналу собаки опять побежали, как в трансе, вперед по льду.
— Не теряй его! — закричал Лассе сквозь сильнейший ветер, и Ида увидела, что волки снова как по линейке выстроились за ними.
— Собаки устали, у них больше нет сил! Все, может быть, кончится здесь!
Ида закрыла глаза, почувствовала скорость и новые толчки — это волки опять хватали и кусали пояс от кушака так, что весь санный поезд периодически подскакивал.
И вдруг вибрации резко прекратились.
Перед ними в тумане показалась темная полоска берега с очертаниями деревьев и двумя очень маленькими сверкающими огнями.
— Смотрите!
— Гаа! — раздался шепот Лиисы.
Волки нагнали их, но санный поезд уже приближался к берегу. Между тем лед становился все более неровным, и ход замедлялся.
Ида обернулась и увидела стаю волков, которые бегали туда-сюда в каких-то десяти метрах от саней, они оторвали пояс от кушака и по очереди жевали его, но ближе не подходили.
У кромки берега у воды собаки остановились, некоторые из них захромали и опять легли, некоторые ворчали, от замерзшей воды шерсть у них встала дыбом; вожак стоял и неустанно следил за воющими волками.
Высоко над ними, в ночном небе в серых тучах, парило несколько морских птиц.
Пока Ида вылезала из саней, к ним подошла Лииса, пристально посмотрела на камень и сказала что-то непонятное.
— Не держи его так долго, — сказал Лассе.
— Буду держать его, пока волки не отойдут.
— Близко, — сказала по-английски Лииса и потерла свои непокрытые и почти белые мочки варежками. — Будка пограничников здесь. Близко. Безопасность.
Она махнула рукой в сторону густо заросшего берега. На возвышении на фоне неба показались силуэты двух мужчин с ружьями и крыша маленького домика.
Мужчины подходили к берегу.
— Мои друзья. Не волнуйтесь, — прошептала Лииса по-английски.
— Хорошо, хорошо, — отозвался по-английски Лассе. — Та-ка-спасибо тебе, финская тетя.
Они только было собрались сойти со льда и забраться на насквозь промерзшую полоску берега, как Лииса остановила их, села на корточки и показала в сторону покрытой снегом земли, где торчали отдельные молодые ели.
— Это — Россия.
Ида кивнула и уставилась на рыхлый снег, почувствовав, как в нем утопают лыжные ботинки.
Они стали быстро пробираться сквозь низкие деревья, неся мешки за плечами.
Девичий камень был по-прежнему зажат у нее в правой руке.
