На молодого, тоненького, с длинными руками, смущенного донельзя парня нахраписто наступал молодой же, но плечистый мужчина в синем сатиновом халате.
— Я руки об тебя марать не стану, сейчас мужиков кликну, они тебе накладут, — шипел он, — больше всех тебе надо, что ли? Ответь, больше всех?
Парень помалкивал, отодвигался в сторону от напиравшего живота, обтянутого синим сатином, и откровенно обрадовался, увидев оперуполномоченного.
— Теперь вот поговорим, — сказал он плечистому. Тот подобрал живот, оглянувшись на капитана, вытер ладонью потный лоб, зло сплюнул под ноги и направился к высоким двустворчатым дверям склада.
Наблюдавшие ссору рабочие вмиг заспешили. Не успел Волна оглянуться, как остался один на один с парнем, который обрел, наконец, дар речи.
— Антон Петрович, что же это делается? Обнаглели совсем, субчики.
— Да что случилось?
— Мы вчера с вами решили: я за этим складом закреплен. Сегодня с утра оживление в складах. Заметное весьма, — парень многозначительно помолчал, поджав губы, — как и ожидали. Похоже, цеха наши запастись решили деталями на всю оставшуюся жизнь. И завскладом ничего не жалеет — сыплет как из рога изобилия. Я на прошлой неделе комплект поршневых колец не мог выпросить — ждет клиент третий месяц, все сроки вышли, стыд один. А сегодня — видали — в комиссионный магазин поршневые кольца отпускают! Нашли неликвиды! Я комплект просил, а они, вишь, машину прислали. А я не дал вывезти.
Возмущению парня не было границ. Волна понимал его. Поршневые кольца для двигателя — есть о чем говорить. Острый дефицит, так какие же тут неликвиды!
Интересно, что за спешная эвакуация? Волна приоткрыл массивные двери, вошел в большое помещение склада. Несколько автокаров, загруженных до отказа, стояли у стола завскладом — того самого крепыша в синем халате. Сейчас он сосредоточенно читал накладную, делая вид, что приход оперуполномоченного ОБХСС его не касается.
— Давай двигай, — сказал он водителю автокара, протягивая накладную, но тут же, как из-под земли, вырос перед автокаром длиннорукий парень:
— Опять? — парень говорил уверенно и зло. — Предупреждал ведь я! Так что прошу накладную!
Завскладом, отвернувшись, забарабанил пальцами по столу. Водитель автокара, пожав плечами, передал парню документ, и тот склонился над тележкой автокара.
"Порядок”, — удовлетворенно подумал Волна. Этот парнишка спуску не даст.
И обратился к завскладом. Лазуткин была его фамилия, капитан знал:
— Почему препятствуете работе контролера?
Лазуткин ответил устало:
— Не знаешь, кому подчиняться! Пусть проверяет, его дело.
— Когда отпуск деталей закончите? Склады опечатывать будем.
Лазуткин кивнул на строй тележек, протянул неохотно:
— Вот стоят. Отпущу и валяйте, опечатывайте.
Волна наблюдал, как проворно шерстит тележки его добровольный помощник, всплескивает, возмущаясь, длинными руками.
Итак, со склада пытались убрать дефицит. Тут и гадать не надо — Волна понимал, что это неспроста. И, значит, комиссионный магазин тоже придется проверять. Но Гулин к магазину отношения не имел. Совсем никакого, это Волна знал точно. Там командовал сам директор — его была епархия. А Виктор Викторович — фигура серьезная, голыми руками не возьмешь.
Капитан знал Шершевича не первый день, приглядывался. Директор жил широко, но без особого шика. Или без рекламы? Машина, гараж, дача — мало ли у кого есть сейчас такие вещи. Как говорится, не удивишь. И все же Волна понимал, что знает о Шершевиче далеко не все, что хотелось бы. Да и положено по службе, вздохнув, вынужден был он признать.
Антон обошел другие склады, удовлетворенный, вернулся в контору: в складах работа организована правильно. Отпуск материалов заканчивался, к обеду склады будут опечатаны, и начнется инвентаризация.
Телефон Тайгиной не отвечал. Капитан позвонил в ГАИ, угрюмо выслушал сообщение дежурного: среди указанных оперуполномоченным лиц не было владельцев зеленых "Жигулей”. Аптекарша была популярной в городе женщиной, профессия и должность обеспечивали дефицитность Ренаты Леонидовны в самых разных, но в основном, конечно, в деловых кругах. Многие ее знакомые были автовладельцами, но, подумать только, зеленых "Жигулей” не было ни у кого, а сама Любарская имела кокетливо-женского красного цвета машину, которая, в отличие от хозяйки, спокойно стояла в кооперативном гараже под охраной сторожа — старого знакомца капитана, еще вчера проинструктированного им! Машина-то была на месте, а хозяйка исчезла. При воспоминании о Любарской у Волны защемило сердце: розыск надо активизировать.
Зеленых "Жигулей” в городе много, какие из них увезли Любарскую и зачем?
Оперуполномоченный снова попытался дозвониться до Тайгиной — бесполезно.
Пошел в диспетчерскую, проверил книгу очередников — ни Любарская, ни Сватко никогда не числились в очереди на ремонт своих машин. Судя по словам Виктора Викторовича, они все же услугами "Радуги” пользовались. И очередь существовала не для них.
