— Трудно сказать. Я еще туда заеду, к Змею вашему. Посоветуемся с докторами. Но предупреждаю, после такой дозы возможна амнезия — утрата памяти. Так что это обстоятельство не сбрасывайте со счетов.
— Еще не лучше! — недовольно бросил Ермаков. И вновь заговорил капитан Волна:
— Ребята, вот какая картина мне представляется. Схематично. Чулков для шантажа имеет крышу в милиции. Поэтому так уверен. Кобриков проворачивает операцию с незаконной продажей бракованных сапог. Чтобы сработал закон Омерты и Поддыхов молча выдал деньги, не обращаясь за помощью, нужна им эта операция. Деньги, мол, для милиции. Кто-то видел меня с Росиной. Послали к ней Слонимского на разведку — и что-то сорвалось Росину убили. Не думаю, чтобы убийцей был Слонимский, действовали другие. Я, видимо, знаю их — говорил вам об этом, — потому от меня рванули на машине юриста, потому и убрать хотели. Кто это? Кто? Мастырин? Майор Ма-стырин — хладнокровный убийца? Но почему он спокойно после убийства Слонимского разъезжает на его машине? Ему бы близко не подходить к ней, на пушечный выстрел! А он разъезжает! В полной своей майорской форме и с Ко-бриковым! Не вяжется ребята, ох как не вяжется!.. Мастырин не так глуп. Но, как нарочно, высвечивается.
— Антон, а ты не переоцениваешь Мастырина? — подал голос Ермаков. — Вспомни наркотик. Это же факт — Мастырин подписал акт на уничтожение наркотика, а кто и когда его уничтожил — неизвестно. А потом он всплывает при убийстве Росиной и сейчас вот — у Коб-рикова. Еще у Чулкова обыска не было, может, там чудеса в решете…
— Во-во, — оживился Антон, — ты как унтер-офицерская вдова, которая сама себя высекла. Не было обыска у Чулкова. Может, у него этих наркотиков навалом, а сколько Шапиро их из аптеки взял? С гулькин нос. А с Мастыриным мы не говорили, он, возможно, объяснит все.
— Не угодишь тебе, — обиделся розыскник, — то ты против Мастырина, то его защищаешь.
— Да не я его! Обстоятельства. Ладно, Толя, — примирительно сказал капитан, — давай дальше. Почему убрали Слонимского? Думаю, причина та же — он не был участником шантажа, но знал кого-то из шантажистов. Знал! И доверия к юристу не было! Опять Мастырин, Господи, твоя воля! Вроде бы случайно, Наташа выясняла это, но все же его направили на вскрытие! И опять — на следующий день он разъезжает… какой-то замкнутый круг!
Антон замолчал и все мы примолкли, задумавшись.
Одно звено мы не могли нащупать, одно важное звено, которое связало бы события в прочную цепь, объясняя весьма странное обстоятельство: в преступлении участвовал милицейский майор.
— Антон, — нарушила я молчание, — а что, если позвать сюда Мастырина?
— Ты что, Наташа! — вскинулся Ермаков. — Подумай, что ты предлагаешь! Мастырин — старший по званию. Видишь, Антон сомневается. Да этот Мастырин всех нас к ногтю! Делу не поможем, а напортим только. Ведь если он с рэкетирами связан, то немедленно встанет в позу. И чем мы ответим? Какие у нас доказательства?
— Э-э, дорогой, волков бояться — в лес не ходить, — подал голос Шамиль Гварсия, — если честный человек — поймет, если дрянь человек, что ж, сражайтесь…
— А ведь прав Шамиль, — сказал Антон весело, — если честный — поймет, а если запачкан хвост — будем считать, что перчатка брошена. Не забывайте еще, что Гусенков на него не среагировал, это а-а-громнейший плюс. Или минус? — Антон засмеялся: — Надо же, радуюсь, что не опознали Мастырина! Опознал бы его Гусенков и дело с концом. А я рад, что не он вывозил этого гуся. Честное слово рад. Слушайте, а может, работает кто под нас?!
— Кто работает под нас? — возразил Ермаков. — Ты же слышал: они знали кодовое название операции! И этот погром у Наташи…
Впервые вмешался Игорь:
— Можно гадать сколько угодно, ребята. Примите совет: зовите сюда Мастырина. Состав совещания, конечно, должен быть меньше. Мы с Шамилем уходим. Наташа, нужно еще раз побывать у Росиной — очень мало материала для экспертиз. И все вы забыли Гришу.
Мы как по команде повернули головы к Грише Нипорту, скромно сидевшему возле кухонной двери. Гриша встал:
— Я сегодня, братцы, того майора вам представлю, или я не буду Гриша Нипорт! — сказал он торжественно. — Но сначала, верное дело, расходитесь все, а Антон с Ермаковым, да еще Наталья Борисовна поговорите с Масты-риным. Что он, съест вас, что ли? А я на кухне посижу, послушаю тоже.
Все согласились с предложением Гриши. Все, в том числе и я. Но когда капитан Ермаков уже направился к двери, намереваясь ехать к Мастырину, меня словно подбросило что-то.
— Стоп, капитан! — сказала я. — Мы не имеем на это права. — Товарищи мои удивленно уставились на меня, но я сделала вид, что не замечаю этого, — действовать мы будем законно.
Я открыла свой саквояжик, достала повестку, заполнила ее и подала Ермакову:
— Майора Мастырина я допрошу в прокуратуре. Вызов на девять тридцать. Идет?
Молчание было мне ответом. Сама предложила, сама и разрушила план. В общем, мы все остались недовольны ДРУГ другом.
